Отношение матери к ребенку в неполной семье

24 октября, 2022 0 Автор ewermind

Типы отношений матери к детям в неполной cемье

Результат эмпирических исследований зарубежных социологов по вопросу о последствиях разводов для детей. В одном их этих исследований сравнивались три группы детей: из счастливых, несчастливых и из разведенных семей. По всем критериям дети из счастливых семей оказались в лучшем положении. Однако при сравнении детей из двух других групп выяснилось, что у подростков из разведенных семей было меньше психических заболеваний, они реже совершали правонарушения, у них были лучше отношения хотя бы с одним из родителей.

По ряду других показателей (отношения в школе, расположение к дурным компаниям) дети этих двух групп существенно не различались, но сильно отличались от детей, живущих в счастливых семьях. Проводилось также сравнение ряда социально-психологических характеристик детей, живущих в семьях, где мать после развода вступила в повторный брак, и в семьях, где ребенок жил только с матерью. При этом обнаружено, что отношения “мать ребенок” лучше в семьях, где ребенок воспитывался только матерью.

Дети разведенных супругов более часто подвержены психическим заболеваниям.

По данным неблагоприятные последствия развода более значимы для детей из тех социальных групп, которые придают большее значение социальным нормам и санкциям, направленным против развода. Самооценка ребенка существенно зависит от возраста матери в период развода. У женщин, которым при расторжении брака было меньше 24 лет, только 22 % детей по достижению 12 — 14 лет имели высокую самооценку, тогда как детям матерей, разведшихся в более старшем возрасте, такая самооценка у 45 %. В ряде исследований отмечается также, что чем дольше мать и ребенок жили вместе между разводом и повторным браком, тем более разрушительным для ребенка должно быть смещение внимания матери к новому супругу или новому ребенку.

По данным Лэндиса (60г.) воздействие развода на психику ребенка зависит от целого ряда факторов:

1.— субъективного представления ребенка о счастье семьи непосредственно до развода;

2.— возраста ребенка и матери;

3.— степени выраженности негативных норм по отношению к разводу в той социальной группе, к которой принадлежит семья;

4.— способности оставшегося супруга справиться со своим беспокойством и обеспечить ему безопасное окружение.

В возрасте до 3-х лет развод оказывает на ребенка меньше влияния, чем в более старших возрастах. Вероятность повторного брака разведенного супруга обратно пропорциональна количеству оставшихся у него детей.

Мужчины, высказывая суждения о желательном типе семейного воспитания для детей разного возраста, склонны отдавать предпочтение воспитания ребенка в полной семье, даже при условии, что отношения между родителями существенно дезинтегрированы. У женщин, наоборот, превалирует мнение о том, что ребенку лучше жить с одним из родителей, чем в неблагополучной семье. Вместе с тем, в общественном сознание весьма распространено негативное отношение к воспитанию детей в неполной семье.

На предпочтительный выбор матерью той или иной ориентации, касающейся желательного характера взаимоотношений отца и ребенка после развода, оказывают существенное влияние такие факторы, как: а) пол ребенка; б) возраст детей; в) отношение к бывшему супругу; г) регулярность его общения с ребенком. Матери мальчиков в большей мере ориентированны на то, чтобы роль отца в воспитании ребенка выполнял его действительный отец. 45 % женщин этой группы опрошенных считают, что отец должен принимать активное участие в воспитании своих детей после развода. Среди матерей девочек такого рода мнение придерживаются только 29 %. Часть женщин скорее склонна вовсе отказаться от влияния действительного отца на ребенка, либо допускать лишь их нечастые встречи. А матери детей — школьников в большей мере, чем матери детей дошкольников ориентированы на то, чтобы в воспитании ребенка участвовал его действительный родитель.

Развод, как считают психологи, это стрессовая ситуа­ция, угрожающая душевному равновесию одного или обо­их партнеров и особенно детей. Ситуация развода в се­мье, согласно данным американских исследователей, на­носит большой вред психическому здоровью ребенка, для которого нет и не может быть развода ни с отцом, ни с матерью. Родители не могут стать для него чужими, если сами не захотят этого. Особенно болезненно реагируют на развод 5—7-летние дети, и прежде всего мальчики, девоч­ки же особенно остро переживают разлуку с отцом в воз­расте от 2-х до 5 лет.

Последствия развода родителей могут отрицательно сказаться на всей последующей жизни ребенка. «Битва» родителей в доразводный и послеразводный период при­водит к тому, что у 37,7 % детей снижается успеваемость. у 19,6 % страдает дисциплина дома, 17,4 % требуют осо­бого внимания, 8,7 % убегают из дома, 6,5 % имеют кон­фликты с друзьями. Как утверждают медики, каждый пя­тый больной неврозом ребенок пережил в детстве разлуку с отцом. И, как отмечает А. Г. Харчев, в семьях после раз­вода создается специфическая система отношений меж­ду матерью и ребенком, формируются образцы поведения, представляющие собой в некоторых отношениях альтер­нативу нормам и ценностям, на которых основывается институт брака.

Существуют ограниченные научные данные, которые подтверждают предположение о том, что опыт детских переживаний может оказывать влияние на выполнение супружеской и родительской роли в будущем. В частно­сти, среди женщин, в раннем детстве которых родите­ли разошлись, особенно выражена тенденция заводить внебрачных детей. Кроме того, лица, выросшие в семьях, разбитых в результате развода родителей, более подвер­жены нестабильности в собственном браке.

Вместе с тем некоторые психологи считают, что иног­да развод может расцениваться как благо, если он изме­няет к лучшему условия формирования личности ребен­ка, кладет конец отрицательному воздействию на его пси­хику супружеских конфликтов и раздоров. Но в большинстве случаев расставание родителей оказывает на ребенка травмирующее влияние. Причем большую пси­хологическую травму наносит не столько сам развод, сколько обстановка в семье, предшествующая разводу.

Совместные исследования психологов и медиков по­казали, что даже в грудном возрасте дети способны остро переживать психологическую травму, которую испытыва­ет в процессе или в результате развода их мама. Результа­том реагирования на депрессивное послеразводное состо­яние матери может быть даже гибель младенца-«груднич­ка». Ученые полагают, что это происходит потому, «что новорожденные пребывают как бы в симбиозе с матерью, остаются частью ее организма.

Исследования показали, что при кормлении грудью частота колебаний глазного яблока и частота сосательных движений у малыша совпадают с частотой пульса матери. Полностью идентичны электроэнцефалограммы у матери и ее младенца»*. Когда молодая мать длительное время на­ходится в конфликтной предразводной или сложной по-слеразводной ситуации, почти всегда до срока прекраща­ется столь нужный малышу процесс грудного вскармлива­ния: от нервного напряжения у матери обычно пропадает молоко. При неблагоприятной ситуации в семье внимание матери концентрируется на конфликтах и спорах с мужем, а ребенок оказывается обделенным ее заботой.

Бывают и противоположные ситуации, когда пережи­вающая стресс мама окружает ребенка чрезмерной забо­той, в буквальном смысле слова «не спускает его с рук», так что ее эмоциональное состояние передается ему в пря­мом контакте.

Не менее тяжело переживают распад семьи и дети дошкольного возраста. Исследования зарубежных психо­логов показали, что для ребенка-дошкольника развод ро­дителей — это ломка устойчивой семейной структуры, привычных отношений с родителями, конфликт между привязанностью к отцу и к матери. Дж. Мак-Дермот и Дж. Валлерштейн специально изучали реакции детей до­школьного возраста на распад семьи в предразводный пе­риод, в период развода и через несколько месяцев после развода. Их интересовали изменения поведения детей в игре, их отношения к сверстникам, эмоциональные про­явления, характер и степень осознания переживаемых ими конфликтов.

Дети 2,5—3,5 лет реагировали на распад семьи пла­чем, расстройством сна, повышенной пугливостью, сни­жением познавательных процессов, регрессом в опрят­ности, пристрастием к собственным вещам и игрушкам. Они с большим трудом расставались с матерью. В игре создавали вымышленный мир, населенный голодными, агрессивными животными. Отрицательные симптомы снимались, если родители восстанавливали заботу и фи­зический уход за ними. У наиболее уязвимых детей че­рез год оставались депрессивные реакции и задержки развития.

Дети 3,5—4,5 лет обнаруживали повышенную гневли­вость, агрессивность, переживание чувства утраты, тре­вожность. Экстраверты делались замкнутыми и молчали­выми. У части детей наблюдалась регрессия игровых форм. Для детей этой группы было характерно проявление чувства вины за распад семьи: одна девочка наказывала куклу за то, что та капризничала и из-за этого ушел папа. У других развивалось устойчивое самообвинение.

Наиболее уязвимые дети отличались бедностью фан­тазии, резким снижением самооценки, депрессивными состояниями. По наблюдениям Дж. Мак-Дермота, маль­чики этого возраста распад семьи переживают более дра­матично и остро, чем девочки. Подобное он объясняет тем, что у мальчиков происходит срыв идентификации с от­цом в период, когда начинается интенсивное усвоение стереотипов мужского ролевого поведения. У девочек идентификация в период развода меняется в зависимос­ти от характера переживаний матери. Нередко девочки идентифицируются с патологическими чертами личнос­ти матери.

У детей 5—6 лет так же, как и в средней группе, на­блюдались увеличение агрессии и тревоги, раздражитель­ность, неугомонность, гневливость. Дети этой возрастной группы достаточно отчетливо представляют, какие изме­нения в их жизни вызывает развод. Они способны рас­сказать о своих переживаниях, тоске по отцу, желании восстановить семью. У детей’не наблюдалось ярко выра­женных задержек в развитии или снижения самооценки. По данным Дж. Валлерштейн, девочки старшего дошколь­ного возраста переживали распад семьи сильнее, чем мальчики: тосковали по отцу, мечтали о браке матери с ним, приходили в состояние крайнего возбуждения в его присутствии. Наиболее уязвимых детей 5—6 лет отлича­ло острое чувство потери: они не могли говорить и думать о разводе, у них были нарушены сон и аппетит. Некото­рые, наоборот, постоянно спрашивали об отце, искали внимания взрослого и физического контакта с ним.

Согласно исследованиям Дж. Валлерштейн, наиболее уязвимым при распаде семьи оказывается единственный ребенок. Те, у кого есть братья и сестры, намного легче переживают развод: дети в таких ситуациях вымещают агрессию или тревогу друг на друге, что значительно сни­жает эмоциональное напряжение и реже приводит к не­рвным срывам.

Душевная травма, нанесенная ребенку разводом ро­дителей, может по-особому проявиться в подростковом возрасте. Подростки особенно тяжело переживают пере­ход к жизни в неполной семье. Когда в душе подростка зарождается острая тоска по романтической любви, он неожиданно сталкивается с ее непостоянством. Юношес­кая любовь трепетна и пуглива, ее легко разрушить, от­вергнув или оскорбив. Развод родителей, пришедшийся на такой период, рождает тревожность. Если родители разлюбили друг друга, значит, любовь вообще не вечна? Почему проходит любовь? Что убивает ее? Если терять любовь так больно, может быть, лучше совсем не пускать ее в свою душу и тем самым избежать травмы? Разрушен­ный брак родителей приносит подростку сильное разоча­рование в жизни.

Иногда подростки совсем отрицают любовь только из-за развода родителей. Боясь хрупкости этого чувства, они могут избегать близких отношений и обязательств, их свя­зи с людьми очень поверхностны, они опасаются риско­вать, предпочитая большие компании интимному обще­нию. Некоторые подростки вступают только в стабильные и безопасные в эмоциональном плане отношения.

Обращает на себя внимание проблема жестокости под­ростков, выросших без отца. Отсутствие в семье образца мужского поведения приводит к тому, что лишенные по­ложительных примеров мужского отношения к людям, мужской любви к себе, такие подростки не различают мужское и псевдомужское поведение. Желание возвы­ситься за счет слабого, унизить зависимого — не что иное, как маскировка жестокостью своей несостоятельности. Таким образом, у подростков, выросших в разведенных семьях, наблюдается занижение самооценки. По данным психологов, у мальчиков-подростков с высокой самооцен­кой отцы заботливы, пользуются их доверием и являются для своих детей авторитетом.

Семейная жизнь определяется не только индивидуаль­ными характеристиками тех или иных членов семьи, но так­же и социальными обстоятельствами и той средой, в кото­рой живет семья. Отец, оставивший семью, часто воспри­нимается ребенком как предатель. Поэтому вхождение ребенка в социальную среду усложняется и деформируется.

Довольно часто дети из разведенных семей оказыва­ются объектами нравственно-психологического давления со стороны детей из благополучных полных семей, что ведет к формированию у них чувства неуверенности, а нередко и озлобленности, агрессивности.

Формирование личности ребенка еще более осложня­ется в том случае, если он был свидетелем или участни­ком всех семейных конфликтов и скандалов, которые при­вели его родителей к разводу. Таким образом, ребенок, с одной стороны, подвергается социальной дискримина­ции, связанной с отсутствием отца, а с другой — он про­должает любить обоих родителей, сохраняет привязан­ность к отцу при враждебном отношении матери к нему. Из боязни расстроить мать он вынужден скрывать свою привязанность к отцу и от этого страдает еще больше, чем от распада семьи.

И хотя прежний мир ребенка, в котором он родился и жил до развода родителей, разрушился, перед ним встает трудная задача — нужно выживать, приспосабливаясь к новым обстоятельствам. Не всегда это приспособление дается ребенку легко. Одно из последствий послеразвод-ного стресса для детей — нарушение их адаптации к по­вседневной жизни. Об этом свидетельствуют результаты исследования чешских психологов, которые выявили сни­жение адаптивности детей из разведенных семей по срав­нению с детьми из полных благополучных семей.

Важным фактором снижения адаптивности, согласно полученным данным, являются интенсивность и продол­жительность разногласий, ссор и конфликтов между ро­дителями, свидетелем которых был ребенок, и особенно настраивание ребенка одним из родителей против друго­го. Адаптивность ребенка снижается пропорционально продолжительности периода, в течение которого он жи­вет в такой разрушающейся семье. Хуже всего были адап­тированы дети, оставшиеся с родителями после развода при их совместном проживании в разделенной квартире.

Еще сложнее процесс социальной адаптации происхо­дит у тех детей, чьи родители после развода настойчиво пытаются «устроить» свою судьбу, забыв о чувствах и при­вязанностях ребенка. Например, в семье мамы, с которой живет ребенок, часто появляются новые претенденты на роль мужа и отца. Некоторые из них поселяются в квар­тире, перестраивают на свой лад их семейный быт, тре­буют от ребенка определенного отношения к себе, а по­том уходят. Их место занимают другие, и все начинается сначала. Ребенок заброшен. Он чувствует себя никому не нужным. В таких условиях не исключено формирование личности человеконенавистника, для которого не суще­ствует никаких ни этических, ни нравственных правил в отношениях с другими людьми. Именно в детстве форми­руется либо исходное доверчивое отношение к миру и людям, либо ожидание неприятных переживаний, угро­зы со стороны окружающего мира и других людей. Иссле­дования свидетельствуют о том, что чувства, которые сформировались в детстве, впоследствии нередко сопро­вождают человека в течение всей жизни, придавая его отношениям с другими людьми особый стиль и эмоцио­нальную тональность.

Читать статью  О нас

По данным медиков, ситуация развода родителей даже спустя 1—2 года может вызвать у подростка тяжелую фор­му невроза. Особенно драматичной эта ситуация может быть для девочек, если они привязаны к отцам и имеют много общего с ними. «Возникающие реактивные наслое­ния нередко усугубляются беспокойством по поводу воз­можной потери матери, то есть тревогой одиночества и социальной изоляции. Нередко девочки (и мальчики, по­хожие на отца) не отпускают мать от себя, испытывая каждый раз острое чувство беспокойства при ее уходе. Им кажется, что мать может не вернуться, что с ней может что-либо случиться. Нарастает общая боязливость, уси­ливаются страхи, идущие из более раннего возраста, и частыми диагнозами в этом случае будут невроз стра­ха и истерический невроз, нередко перерастающие в старшем подростковом возрасте в невроз навязчивых со­стояний. При этом возникают различного рода ритуаль­ные предохранения от несчастья, навязчивые мысли о своей неспособности, неуверенность в себе и навязчивые страхи (фобии).

К концу подросткового — началу юношеского возра­ста начинает отчетливо звучать депрессивная невроти­ческая симптоматика по типу сниженного фона настро­ения, чувства подавленности и безысходности, неверия в свои силы и возможности, мучительных переживаний по поводу кажущихся неудач, проблем общения со свер­стниками, разочарований в любви и признании. Типич­но и нарастание тревожной мнительности в виде посто­янных опасений и сомнений, колебаний в принятии ре­шения»*.

Если для родителей развод зачастую является законо­мерным следствием нарушения семейных отношений, то для детей он чаще всего — неожиданность, приводящая к затяжному стрессу. Развод для взрослых — это болезнен­ное, малоприятное, порой драматическое переживание, на которое из лучших побуждений они идут по собствен­ной воле. Для детей расставание родителей — это траге­дия, связанная с разрушением привычной среды обита­ния. И даже если они осознают, что папа и мама недоволь­ны друг другом, им трудно это понять и принять, потому что они привыкли оценивать их со своей, детской пози­ции. Поэтому переживание ими разрыва родителей изме­няется в диапазоне от вялой депрессии, апатии до резко­го негативизма и демонстрирования несогласия с их мне­нием (решением).

Есть некоторые различия в эмоциональных и поведен­ческих реакциях девочек и мальчиков, связанных с их переживаниями ситуации развода родителей. Так, девоч­ки чаще держат переживания «в себе», и внешнее поведе­ние их почти не меняется. Однако при этом могут про­явиться такие признаки нарушения адаптации, как по­ниженная работоспособность, утомляемость, депрессия, отказ от общения, слезливость, раздражительность. Иног­да подобные реакции направлены на то, чтобы привлечь к себе внимание расстающихся родителей и если не скре­пить их узы, то хотя бы убедиться в том, что ее они не разлюбили.

Одной из форм манипуляции родителями могут быть жалобы на нездоровье. В то же время, отвлекаясь от слу­чайных несчастий, девочка может спокойно играть во дворе с другими детьми, не испытывая каких-либо не­удобств, забыв о том, что совсем недавно она жаловалась родителям на боль в ноге или животе. Это не что иное, как стремление компенсировать недостаток родительского внимания и любви любыми возможными средствами.

Для мальчиков характерны более очевидные наруше­ния поведения, носящие иногда явно провокационный характер. Это может быть воровство, сквернословие, по­беги из дома. Если ведущие переживания девочек в ситуа­ции развода родителей — грусть и обида, то у мальчиков это гнев и агрессивность. Переживания девочек достав­ляют беспокойство в первую очередь им самим, а пробле­мы мальчиков быстро начинают сказываться на окружа­ющих.

Свою агрессивность мальчики могут выражать по-раз­ному, выбирая ее объект в зависимости от условий: демон­стративно отказываются говорить с отцом, повышают голос на мать, уходят из дому, не поставив никого в изве­стность, переходят жить к друзьям или родственникам.

Чем старше ребенок, тем сильнее проявляются в нем признаки пола и тем серьезнее могут быть нарушения поведения, которые становятся заметными не только в семье, но и вне ее. Это может быть выражение агрессии в школе, на улице, неожиданные слезы, конфликты, рассе­янность внимания и др. Но чаще всего средствами про­работки семейных стрессов для девочек выступают нару­шения здоровья, а для мальчиков — асоциальные формы поведения.

Как замечает по этому поводу Н. Я. Соловьев, «и предразводная, и послеразводная ситуация наносит здоровью ребенка непоправимый вред. После развода родителей трех — шестилетние дети испытывают чувство вины и са­моунижения, семи-восьмилетние — злость и обиду, глав­ным образом на отца, десяти-одиннадцатилетние — обиду на обоих родителей. Более трети детей обычно хуже учат­ся, нарушают дисциплину, некоторые начинают конфлик­товать со всеми, даже с друзьями, иные убегают из дома».*

Таким образом дети протестуют против произвола ро­дительских чувств и отношений. И справедливо: они нуж­даются в обоих родителях, а не в одном, как бы тот его ни любил, ни баловал. Дети и есть главные страдальцы при распаде семьи.

Несомненно, отсутствие мужчины в окружении ре­бенка является важным фактором, определяющим осо­бенности процесса воспитания в разведенной семье. Од­нако, по мнению психологов, это значимый, но не оп­ределяющий фактор. Чаще всего причиной отклонений в психическом и личностном развитии ребенка являет­ся ошибочное поведение матери, поставленной в труд­ные условия и не сумевшей выбрать нужный курс. По­этому отсутствие отца является не столько причиной, сколько предпосылкой нарушений развития. Особенно­сти переживания детьми ситуации развода родителей и ухода отца из семьи во многом определяются тем, как относится к этой проблеме мать. Именно ее поведение во взаимоотношениях с детьми и обсуждение с ними случившейся семейной трагедии могут либо еще боль­ше усугубить душевные волнения детей, или существен­но снизить их.

2. Типы отношений матери к детям в неполной семье.

В неполной семье одинокая мать имеет более выраженную установку на воспитание детей, чем мать в пол­ной семье. Особенно это заметно в семье разведенных суп­ругов. Процесс воспитания и вся система отношений ма­тери с детьми эмоционально более насыщенны. При этом в поведении матери, касающемся ее взаимоотношений с ребенком, наблюдается два крайних варианта.

Первый из них может быть связан с проявлением бо­лее жестких мер воспитательного воздействия. Это каса­ется в первую очередь мальчиков. Обусловливается подоб­ное отношение, по мнению специалистов, тем, что мать ревниво относится к встречам сына с отцом, испытывает по отношению к сыну постоянное чувство эмоциональной неудовлетворенности и недовольства из-за неприятия в мальчике нежелательных черт характера бывшего мужа.

Со стороны матерей угрозы, порицания и физические наказания чаще применяются к мальчикам. Сыновья ста­новятся своеобразными «козлами отпущения» для умень­шения у матери нервного напряжения и чувства эмоцио­нальной неудовлетворенности, что выдает большую нетер­пимость матерей к общим с отцами чертам у детей в случае предшествующих конфликтных отношений в семье.

Второй вариант материнского поведения в семье после развода прямо противоположен первому. Мать стремится своим влиянием компенсировать то, чего, по ее мнению, дети недополучают из-за отсутствия отца. По отношению к детям такая мать занимает опекающую, охранительную, контролирующую, сдерживающую инициативу ребенка позицию, что способствует формированию эмоционально ранимой, безынициативной, несамостоятельной, подда­ющейся внешним влияниям, «извне управляемой» эгоис­тической личности.

Б. И. Кочубей выделяет несколько ловушек, подстере­гающих мать, оставшуюся с ребенком без мужа. Эти со­блазны приводят к ошибочному поведению матери в от­ношениях с детьми, что в конечном итоге приводит к раз­ного рода деформациям в их психическом и личностном развитии.

Соблазн первый: жизнь для ребенка. Потеряв мужа, женщина возлагает на ребенка свои надежды, видит в его воспитании единственный смысл и цель своей жизни. Для женщины не существует ни род­ных, ни друзей, ни личной жизни, ни досуга — все посвя­щено ребенку, направлено на его благополучие и гармо­ничное развитие. Она избегает любых изменений в своей личной жизни, опасаясь, что это может не понравиться ребенку и отвлечет ее от воспитательных задач. Форму­ла, которой она руководствуется в своей послеразводной жизни: «Я не могу себе позволить. »

Весь спектр отношений матери к ребенку окрашива­ется в тревожные тона. Любая его неудача, любой просту­пок становятся трагедией — это угроза краха ее родитель­ской карьеры. Ребенок не должен ничем рисковать, не должен проявлять самостоятельность, прежде всего в вы­боре друзей, так как это может привести его в дурную ком­панию и он наделает непоправимых ошибок. Мать посте­пенно сужает не только круг своего общения, но и круг общения сына (дочери). В результате пара «мать — ребе­нок» все больше замыкается сама на себя и привязанность их друг к другу с годами усиливается.

Такие отношения первоначально ребенку нравятся, но затем (чаще всего это происходит в раннем подростковом возрасте) он начинает чувствовать себя дискомфортно. Приходит понимание того, что она не только пожертво­вала своей жизнью ради него, но и требует, часто не осо­знавая этого, чтобы он отвечал тем же, поступаясь собст­венными жизненными планами и установками: он должен принести в жертву свою жизнь ради стареющей матери. В ее любви преобладает мотив «не отпустить!». Рано или поздно это вызывает бунт ребенка, подростковый кризис которого протекает в такой ситуации с симптомами бур­ного протеста против материнской «тирании», в каких бы мягких формах она ни проявлялась.

Подобная ситуация чревата серьезными последстви­ями как для мальчиков, так и для девочек. Молодой че­ловек, выросший в чисто женском окружении, часто всю жизнь ищет для себя подругу, созданную «по обра­зу и подобию» мамы — такую же нежную и заботливую, так же с полуслова его понимающую, опекающую, лю­бовно контролирующую каждый его шаг. Он боится са­мостоятельности, к которой не был приучен в материн­ской семье.

Девочка в поисках пути высвобождения, в протесте против материнских ограничений, против ее навязчивой близости и контролирующей любви, имея самые отдален­ные представления о мужчинах может совершить непред­сказуемые поступки.

Второй соблазн — борьба с образом мужа. Факт развода с мужем для большинства женщин пред­ставляет собой серьезную драму. Чтобы оправдать это со­бытие в своих глазах, женщина нередко утрирует, подчер­кивает в своем сознании отрицательные черты бывшего супруга. Таким способом она старается снять с себя свою долю вины за неудавшуюся семейную жизнь. Увлекшись такой тактикой, она начинает навязывать отрицательное представление об отце ребенку. Негативное отношение матери к бывшему мужу особенно сильно влияет на де­тей 6—7 лет и оказывает менее глубокое воздействие на подростков старше 10 лет.

Такая мать обычно крайне отрицательно относится к встречам ребенка с «плохим» отцом, а иногда и вообще их запрещает. Возможны два варианта последствий подоб­ного «антиотцовского» воспитания.

Первый заключается в том, что старания матери со­здать у ребенка отрицательные представления об отце увенчались успехом. Сын, разочаровавшись в отце, может полностью переключить на мать все запасы своей любви и привязанности. Если при этом негативное отношение матери распространяется не только на бывшего супруга, но и на мужчин вообще, мальчику становится еще труд­нее вырасти мужчиной и у него формируется «женский» тип психологических качеств и интересов. У дочери пло­хое отношение к отцу, оставившему семью, с еще большей легкостью переходит в недоверие ко всему мужскому роду, представители которого — опасные существа, способные только обманывать женщин. Девушке с такими взгляда­ми создать семью, построенную на любви и доверии, бу­дет нелегко.

Второй вариант последствий «антиотцовского» воспита­ния состоит в том, что матери так и не удается до конца убе­дить ребенка в том, что отец действительно плохой. Ребенок продолжает любить отца и мечется между равно любимы­ми им и ненавидящими друг друга родителями. В последу­ющем подобная семейная атмосфера может стать причиной раздвоения психической жизни и личности ребенка.

Некоторые матери начинают борьбу не только с обра­зом ушедшего отца, но и с теми его отрицательными (по их мнению) чертами, которые они находят у своих детей. В та­ких случаях в их поведении отчетливо проявляется соблазн третий — наследственность, который чаще всего на­блюдается в неполных семьях «мать — сын». Нередко мать, не в силах справиться с сыном, ищет в нем наследственные черты ушедшего из семьи отца. Зачастую те качества, ко­торые такая мать приписывает «дурным генам» отца, явля­ются не чем иным, как проявлением мужских черт в их тра­диционном понимании: избыточной активности, агрессив­ности. Под видом «отцовской наследственности» мать обычно отрицает в ребенке наличие самостоятельности, его нежелание подчиняться ей во всем и стремление иметь соб­ственные взгляды на жизнь и свою дальнейшую судьбу. А отклонения от нормы в его поведении она расценивает как невозможность что-либо изменить по причине «дурных ге­нов» и этим как бы пытается снять с себя ответственность за допущенные в воспитании ошибки.

Соблазн четвертый — попытка купить любовь ребенка. После развода ребенок чаще всего остается с матерью, и это ставит родителей в неравное положение: мать бы­вает с ребенком ежедневно, а отец встречается с ним обычно по выходным. Отец лишен ежедневных забот и может целиком посвятить себя тому, что так нравится детям, — преподнесению подарков. С мамой — тяжелые будни, а с папой — веселый праздник. Не удивительно, что в какой-нибудь мелкой ссоре с матерью сын или дочь мо­гут ввернуть что-то вроде: «А вот папа меня не ругает. А вот папа мне подарил. » Такие эпизоды больно ранят мать, и у нее возникает естественное желание превзойти бывшего мужа в этом отношении и «перекупить» детскую любовь. Со своей стороны она обрушивает на ребенка по­ток подарков: пусть не думает, что только отец о нем за­ботится. Отец и мать вступают в соревнование за любовь ребенка, стремясь доказать не столько ему, сколько самим себе и окружающим: «Я люблю его ничуть не меньше и не жалею для него ничего!»

В такой ситуации ребенок начинает ориентироваться преимущественно на материальную сторону своих отноше­ний с родителями, пытаясь любым путем добиться для себя выгод. Преувеличенное внимание родителей к ребенку мо­жет к тому же вызвать в нем нескромность и завышенную самооценку, потому что, оказавшись в центре всеобщего интереса, он не осознает того, что борьба родителей за его любовь не связана ни с какими заслугами с его стороны*.

Читать статью  Как «исцелить» отношения с родителями?

В основе всех перечисленных соблазнов лежит неуве­ренность женщины в своей любви к ребенку, в прочности своих связей с миром. После потери мужа она больше все­го боится, что и ребенок может ее «разлюбить». Именно поэтому она любыми средствами пытается добиться дет­ской благосклонности.

Таким образом, распад семьи всегда болезненно пере­живается и взрослыми, и детьми. Не всегда умеющие кон­тролировать собственные переживания, взрослые изме­няются и в отношении к ребенку:

■ кто-то видит в нем причину развала семьи и, не стес­няясь, говорит об этом;

■ кто-то (чаще всего мать) настраивает себя на то, что­бы всецело посвятить свою жизнь воспитанию ре­бенка;

■ кто-то узнает в нем ненавистные черты бывшего суп­руга или, напротив, радуется их отсутствию.

В любом случае внутренняя дисгармония взрослого в послеразводном кризисе накладывает отпечаток на формирование личности ребенка, потому что дети во многом воспринимают события, ориентируясь на реак­цию взрослых. Нередко взрослые используют детей в качестве объекта разрядки своих отрицательных эмо­ций, транслируют на них негативные аспекты пережи­ваемой ситуации. При этом родители упускают из виду то, что ребенок всегда глубоко страдает, если рушится семейный очаг. Развод неизменно вызывает у детей пси­хический надлом и сильные переживания. Поэтому взрослым необходимо учитывать те обстоятельства, ко­торые сказываются на психическом развитии ребенка в подобной ситуации. Именно на это советует родителям обратить внимание один из ведущих специалистов США в области педиатрии, детской психологии и психиатрии Аллан Фромм. Основные положения его семейного «ко­декса», адресованного разведенным родителям, сводят­ся к следующему:

«1. Разделению семьи или разводу супругов нередко предшествуют многие месяцы разногласий и семейных ссор, которые трудно скрыть от ребенка и которые силь­но волнуют его. Мало того, родители, занятые своими ссорами, с ним тоже обращаются плохо, даже если ста­раются уберечь его от разрешения собственных про­блем.

2. Ребенок ощущает отсутствие отца, даже если не выражает открыто свои чувства. Кроме того, он воспри­нимает уход как отказ от него. Ребенок может сохранять эти чувства многие годы.

3. Очень часто после разделения семьи или развода мать вновь вынуждена пойти на работу и в результате может уделять ребенку меньше времени, чем прежде. По­этому тот начинает чувствовать себя отвергнутым и ма­терью.

4. Какое-то время после разделения семьи или развода отец регулярно навещает ребенка. Во всех случаях это очень глубоко волнует малыша. Если отец проявляет к нему любовь и великодушие, развод окажется для ребенка еще мучительнее и необъяснимее. Кроме того, он с недоверием и обидой будет смотреть на мать. Если же отец держится сухо и отчужденно, ребенок начнет спрашивать себя, по­чему, собственно, он должен с ним видеться, и в результа­те у него может зародиться комплекс вины. Если родители охвачены вдобавок желанием мстить один другому, они заполняют сознание ребенка вредным вздором; ругая друг друга и подрывая тем самым психологическую опору, ко­торую обычно малыш получает в нормальной семье.

5. В этот период ребенок может, воспользовавшись расколом семьи, сталкивать родителей друг с другом и извлекать нездоровые преимущества. Заставляя их оспа­ривать свою любовь к нему, ребенок будет вынуждать их баловать себя, а его интриги и агрессивность со временем могут даже вызвать их одобрение.

6. Отношения ребенка с товарищами нередко портят­ся из-за нескромных вопросов, сплетен и его нежелания отвечать на расспросы об отце.

7. С уходом отца дом лишается мужского начала. Ма­тери труднее водить мальчика на стадион или прививать ему чисто мужские интересы. Ребенок больше не видит столь же отчетливо, какую роль в доме играет мужчина. А что касается девочки, то ее правильное отношение к мужскому полу может легко исказиться из-за нескрывае­мой обиды на отца и несчастливого опыта матери. Кроме того, ее представление о мужчине сложится не на основе естественного, изначального знакомства с ним на приме­ре отца и потому может оказаться неверным.

8. На малыше так или иначе отражаются страдания и переживания матери. В новом положении женщине, ко­нечно, гораздо труднее выполнять свои материнские обя­занности»*.

Вышеуказанные обстоятельства в сочетании с ошиб­ками, которые допускают матери в воспитании детей в разведенной семье, могут привести не только к наруше­ниям психического развития ребенка, но и к деформации его личности в целом. Чтобы не допустить этого и помочь ребенку справиться с неожиданно свалившейся на него неразрешимой проблемой расставания самых близких для него людей, снизить переживания тревоги и страха в ситуации формирования новой системы отношений с ро­дителями, разводящиеся супруги должны совместными усилиями помочь ему в формировании нового образа се­мьи. Для это им необходимо придерживаться следующих психологических рекомендаций:

1) нельзя скрывать от ребенка ситуацию развода, «тай­на» и отсутствие информации многократно усиливают тревогу;

2) необходимо сообщить ребенку в четкой и ясной фор­ме, что оба родителя остаются для него любящими мамой и папой, они всегда будут оставаться рядом с ним и забо­титься о нем;

3) сообщать о разводе должны оба родителя — ребе­нок должен быть уверен в своей ценности для обоих и от­сутствии между ними разногласий в том, как будут стро­иться их отношения с ним после развода;

4) нельзя ставить перед ребенком вопрос, с кем он бу­дет жить, вплоть до старшего подросткового возраста. Если в семье не один, а двое или трое детей, то родители часто начинают их «делить». Общих правил в отношении того, с кем останется ребенок, нет, но принимаются во внимание следующие обстоятельства. Во-первых, степень привязанности сиблингов (братьев и сестер. — Примеч. ред.) друг к другу. Если разлучают братьев и сестер, при­вязанных друг к другу, то второе событие может оказать еще более психотравмирующее воздействие, чем сам раз­вод. Необходимо принять во внимание планы каждого из родителей. Если кто-то из них предполагает создать но­вую семью, то решать вопрос о том, с кем останутся дети, необходимо всем вместе, включая потенциальных отчи­ма и мачеху. И конечно, первоочередное значение имеет степень привязанности ребенка к родителям. Безусловная любовь матери и привязанность к ней ребенка заведомо перевешивают на чаше весов материальный достаток и экономическое благополучие отца. Материальные условия можно создать разовым усилием — любовь и чувство бе­зопасности нужны ребенку как воздух ежечасно и ежесе­кундно;

5) необходимо предоставить ребенку возможность сво­бодно обсуждать проблему развода с каждым из родите­лей, пока у него существует потребность в этом;

6) желательно не изменять образ жизни самого ребен­ка. Например, после развода лучше оставлять ребенка в том же детском саду или школе. Это важно, поскольку позволяет сохранить прежний круг общения и интересов ребенка. В результате развода тип семейного воспитания может трансформироваться из гиперопекающего [гиперо­пека — неправильная родительская позиция, выражаю­щаяся в чрезмерной заботе родителей о ребенке) в гипо-протекцию [гипопротекция — неправильная родитель­ская позиция, проявляющаяся в недостатке внимания и заботы о ребенке). Общение со сверстниками компенси­рует недостаток общения и эмоциональной поддержки в распавшейся родительской семье.

Отношение матери к ребенку в неполной семье

В неполной семье одинокая мать имеет более выраженную установку на воспитание детей, чем мать в полной семье. Осо-бенно это заметно в семье разведенных супругов. Процесс воспи-тания и вся система отношений матери с детьми эмоционально более насыщены. При этом в поведении матери, касающемся ее взаимоотношений с ребенком, наблюдаются две крайности. Одна из них — применение жестких мер воспитательного воздействия, в первую очередь по отношению к мальчикам. Обусловливается подобное отношение, по мнению специали-стов, тем, что мать ревниво относится к встречам сына с от-цом, испытывает к сыну постоянное чувство эмоциональной неудовлетворенности и недовольства из-за имеющихся у маль-чика нежелательных черт характера бывшего мужа. Угрозы, порицания и физические наказания матери чаще применяют к мальчикам. Сыновья нередко становятся «козлами отпуще-ния» для снятия нервного напряжения и чувства эмоциональ-ной неудовлетворенности. Это свидетельствует о нетерпимости матерей к общим с отцами чертам у детей и о предшествую-щих конфликтных отношениях в семье.

Вторая крайность в поведении матери после развода заклю-чается в том, что она стремится своим влиянием компенсировать то, что, по ее мнению, дети недополучают из-за отсутствия отца. Такая мать занимает опекающую, охранительную, кон-тролирующую позицию, сдерживающую инициативу ребен-ка, что способствует формированию эмоционально рани-мой, безынициативной, несамостоятельной, поддающейся внешним влияниям, управляемой извне, эгоистической личности.

Б.И. Кочубей выделяет несколько соблазнов, подстере-гающих мать, оставшуюся без мужа. Эти соблазны приводят к ошибочному поведению матери в отношениях с детьми, что в конечном итоге вызывает разного рода деформации в их пси-хическом и личностном развитии [16].

Соблазн первыйжизнь для ребенка. Потеряв мужа, жен-щина возлагает на ребенка все свои надежды, видит в его вос-питании единственный смысл и цель своей жизни. Для та-кой женщины не существует ни родных, ни друзей, ни личной жизни, ни досуга; все посвящено ребенку, направлено на его благополучие и гармоничное развитие. Она избегает любых изменений в своей личной жизни, опасаясь, что это может не понравиться ребенку и отвлечет ее от воспитательных задач. Формула, которой она руководствуется в своей жизни после развода: «Я не могу себе позволить. ».

Все отношения матери и ребенка приобретают тревожный оттенок. Любая его неудача, любой проступок превращаются в трагедию: это угроза краха ее родительской карьеры. Ребе-нок не должен ничем рисковать, не должен проявлять са-мостоятельность, прежде всего в выборе друзей, так как это может привести его в дурную компанию, он может наделать множество непоправимых ошибок. Мать постепенно сужает не только свой круг общения, но и круг общения ребенка. В ре-зультате пара «мать — ребенок» все больше замыкается на себе, и привязанность их друг к другу с годами усиливается.

Такие отношения ребенку сначала нравятся, но затем (чаще всего это происходит в раннем подростковом возрасте) он начинает чувствовать себя дискомфортно. Приходит понима-ние того, что мать не только пожертвовала своей жизнью ради него, но и требует, часто не осознавая этого, чтобы он отвечал ей тем же, поступаясь собственными жизненными планами и установками: он должен принести свою жизнь в жертву ста-реющей матери. В ее любви преобладает мотив «не отпустить!».

Рано или поздно это вызывает бунт ребенка, подростковый кри-зис которого протекает в этой ситуации с симптомами бурного протеста против материнской тирании, в каких бы мягких фор-мах она ни проявлялось.

Подобная ситуация чревата серьезными последствиями как для мальчиков, так и для девочек. Молодой человек, вырос-ший в чисто женском окружении, часто всю жизнь ищет для себя подругу, созданную по образу и подобию мамы — такую же нежную и заботливую, так же с полуслова его понимающую, опекающую, любовно контролирующую каждый его шаг. Он боится самостоятельности, к которой не приучен в материн-ской семье.

Девочка в поисках пути высвобождения, протестуя против материнских ограничений, против контролирующей материн-ской любви, имея самые неопределенные представления о муж-чинах, может совершить непредсказуемые поступки.

Второй соблазнборьба с образом мужа. Развод для боль-шинства женщин драматичен. Чтобы оправдать себя, жен-щина нередко утрирует отрицательные черты бывшего супру-га. Так она старается снять свою долю вины за неудавшуюся семейную жизнь. Увлекшись такой тактикой, она начинает навязывать ребенку отрицательное представление об отце. Не-гативное отношение матери к бывшему мужу особенно сильно влияет на детей шести-семи лет, и менее глубокое воздействие оно оказывает на подростков старше десяти лет.

Такая мать обычно крайне отрицательно относится к встре-чам ребенка с «плохим» отцом, а иногда и вообще их запреща-ет. Возможны два варианта последствий подобного антиот-цовского воспитания. Первый заключается в том, что старания матери создать у ребенка отрицательные представления об от-це увенчались успехом. Сын, разочаровавшись в отце, может полностью переключить на мать все запасы своей любви и при-вязанности. Если при этом негативное отношение матери рас-пространяется не только на бывшего супруга, но и на мужчин вообще, мальчику становится труднее вырасти мужчиной, и у него формируется женский тип психологических качеств и интересов. У дочери плохое отношение к отцу, оставившему семью, легко переходит в недоверие ко всему мужскому роду, представители которого, в ее представлении, — опасные суще-ства, способные только обманывать женщин. Девушке с такими взглядами создать семью, построенную на любви и доверии, будет нелегко.

Вариант второй: проявление негативных чувств матери к отцу не убеждает ребенка в том, что отец действительно пло-хой. Ребенок продолжает любить отца и мечется между равно любимыми им и ненавидящими друг друга родителями. В по-следующем подобная семейная атмосфера может стать причи-ной раздвоения психической жизни и личности ребенка.

Некоторые матери начинают борьбу не только с образом ушедшего отца, но и с теми его отрицательными (по их мне-нию) чертами, которые они находят у своих детей. В таких случаях в их поведении отчетливо проявляется соблазн тре-тийнаследственность, который чаще всего наблюдается в неполных семьях «мать — сын». Нередко мать не в силах справиться с сыном, ищет в нем наследственные черты ушед-шего из семьи отца. Зачастую те качества, которые такая мать приписывает «дурным генам» отца, являются не чем иным, как проявлением мужских черт в их традиционном понима-нии: избыточной активности, агрессивности. Под отцовской наследственностью мать обычно понимает наличие у ребенка самостоятельности, его нежелание подчиняться ей во всем и стремление иметь собственные взгляды на жизнь и свою даль-нейшую судьбу. А отклонения от нормы в его поведении она расценивает как невозможность что-либо изменить по причине «дурных генов» и этим как бы пытается снять с себя ответст-венность за ошибки, допущенные в воспитании.

Соблазн четвертыйпопытка купить любовь ребенка. После развода ребенок чаще всего остается с матерью, и это ставит родителей в неравное положение: мать бывает с ребенком

ежедневно, а отец встречается с ним обычно по выходным. Отец свободен от ежедневных забот и может целиком посвятить себя тому, что так нравится детям — преподнесению подарков. С мамой — тяжелые будни, а с папой — веселый праздник. Неудивительно, что в какой-нибудь мелкой ссоре с матерью сын или дочь могут ввернуть что-то вроде: «А папа меня не ру-гает. а папа мне подарил. » Такие эпизоды больно ранят мать. В подобных ситуациях у матери возникает естественное желание превзойти бывшего мужа в этом отношении и « пере-купить» у него детскую любовь. Она обрушивает на ребенка поток подарков: пусть не думает, что только отец его любит. Родители вступают в соревнование за любовь ребенка, стремясь доказать и ему, и самим себе, и окружающим: «Я люблю его ничуть не меньше и не жалею для него ничего!» В такой ситуа-ции ребенок начинает ориентироваться преимущественно на материальную сторону своих отношений с родителями, пытаясь любым путем добиться для себя выгод. Преувеличенное внима-ние родителей к ребенку может к тому же вызвать в нем не-скромность и завышенную самооценку, потому что, оказавшись в центре всеобщего интереса, он не осознает того, что борьба ро-дителей за его любовь не связана с какими-либо его заслугами.

Читать статью  Воспитание приемного ребенка: нюансы, о которых стоит знать

В основе всех перечисленных соблазнов — неуверенность женщины в своей любви к ребенку, в прочности своих связей с миром. После потери мужа она больше всего боится, что и ребенок может ее разлюбить. Именно поэтому она любыми средствами пытается добиться детской благосклонности.

Таким образом, распад семьи всегда болезненно пережи-вается и взрослыми, и детьми. Будучи не в состоянии контроли-ровать собственные переживания, взрослые меняют отношение к ребенку: кто-то видит в нем причину развала семьи и не стес-няясь говорит об этом, кто-то (чаще всего мать) настраивает себя на то, чтобы всецело посвятить свою жизнь воспитанию ребенка, кто-то узнает в нем ненавистные черты бывшего суп-руга или, напротив, радуется их отсутствию. В любом из этих случаев внутренняя дисгармония взрослого в послеразводном кризисе накладывает отпечаток на формирование личности ребенка, потому что дети во многом воспринимают события, ори-ентируясь на реакцию взрослых. Нередко взрослые используют детей в качестве объекта разрядки своих отрицательных эмо-ций, распространяя на них негативные аспекты переживаемой

ситуации. При этом родители упускают из виду, что ребенок всегда глубоко страдает, если рушится семейный очаг. Развод неизменно вызывает у детей психический надлом и сильные переживания. Поэтому взрослым необходимо учитывать те обстоятельства, которые сказываются на психическом раз-витии ребенка в подобной ситуации.

Именно на это советует родителям обратить внимание один из ведущих специалистов США в области педиатрии, детской психологии и психиатрии, Аллан Фромм. Основные положе-ния его семейного «кодекса», адресованного разведенным ро-дителям, сводятся к следующему:

Разводу супругов нередко предшествуют многие меся-цы разногласий и семейных ссор, которые трудно скрыть от ребенка и которые волнуют его. Мало того: родители, занятые своими ссорами, обращаются с ним плохо, даже если полны благих намерений отстранить его от решения собственных про-блем.

Ребенок ощущает отсутствие отца, даже если не выража-ет открыто своих чувств. Больше того: он воспринимает уход отца отца как отказ от него, ребенка. Эти переживания про-должаются многие годы.

Очень часто после развода мать вновь вынуждена пойти на службу, поэтому уделяет ребенку меньше времени, чем пре-жде, он чувствует себя отвергнутым и ею.

¦ Какое-то время после развода отец регулярно навещает ребенка. Это глубоко волнует малыша. Если отец проявляет к нему любовь и великодушие, развод кажется ребенку ещемучительнее и необъяснимее, он с недоверием и обидой смотрит на мать. Если же отец держится сухо и отчужденно, ребе-нок начинает задумываться, почему, собственно, нужно с ним видеться, и в результате у малыша может возникнуть комплекс вины. Если родители вдобавок охвачены желанием мстить друг другу, они заполняют сознание ребенка вредным вздором, ругая один другого, подрывая тем самым психологическую опо-ру, которую обычно дает малышу нормальная семья.

¦ Воспользовавшись расколом семьи, ребенок может сталкивать родителей друг с другом и извлекать из этого выгоду для себя. Заставляя завоевывать свою любовь, ребенок выну-ждает баловать себя. Его интриги и агрессивность со временем могут даже вызвать одобрение родителей.

Отношения ребенка с товарищами нередко портятся из-за их нескромных расспросов, сплетен и его нежелания отве-чать на вопросы об отце.

С уходом отца дом лишается мужского начала: матери труднее водить мальчика на стадион, развивать его чисто муж-ские интересы. Ребенок уже не видит отчетливо, какую роль в доме играет мужчина. Что касается девочки, то ее правильное отношение к мужскому полу может легко исказиться из-за не-скрываемой обиды на отца и несчастливого опыта матери. Кроме того, ее представление о мужчине складывается не на при-мере отца и потому может оказаться неверным.

§ На малыше, так или иначе, отражаются страдания и пе-реживания матери. В новом положении женщине, конечно, гораздо труднее выполнять свои материнские обязанности.

Вышеуказанные обстоятельства в сочетании с ошибками, которые допускают матери в воспитании детей в разведенной семье, могут привести не только к нарушениям психического развития ребенка, но и к деформации его личности в целом. Но этим психологические проблемы детей, воспитывающих-ся в распавшейся семье, не исчерпываются [1].

Ребёнок в неполной семье: какая стратегия воспитания правильная?

Как вырас­тить ребёнка в непол­ной семье? Увы, эта про­блема сего­дня акту­альна и для пра­во­слав­ной среды. Как дер­жаться вер­ной линии вос­пи­та­ния? Как мини­ми­зи­ро­вать душев­ные травмы ребёнка? При­слу­ша­емся к сове­там психолога.

Вос­пи­ты­вать детей непро­сто, даже если в вос­пи­та­тель­ном про­цессе участ­вуют оба роди­теля, а также под­клю­ча­ются бабушки, тетушки и при­хо­дя­щие няни. Если же ребёнка вос­пи­ты­вает один роди­тель, то на него падает двой­ная нагрузка.

depositphotos 32422703 xl e1482389080633 1068x686 1 - Ребёнок в неполной семье: какая стратегия воспитания правильная?

Как не допу­стить вос­пи­та­тель­ного крена, неиз­беж­ного без про­ти­во­веса? Как не надо­рваться оди­но­кому роди­телю? Ведь не только вос­пи­ты­вать — и рабо­тать при­хо­дится за двоих, чтобы поста­вить ребёнка на ноги.

И, несмотря на то, что харак­тер про­блем для всех роди­те­лей-оди­но­чек схо­жий, но вдове, раз­ве­ден­ной, неза­муж­ней жен­щине и оди­но­кому отцу при­дется решать эти про­блемы по-разному.

Как воз­никла непол­ная семья? Фак­торы, при кото­рых это слу­чи­лось, неоди­на­ково воз­дей­ствуют на ребёнка. Это как при состав­ле­нии исто­рии болезни: раз­ные симп­томы ука­зы­вают на раз­ные забо­ле­ва­ния. Итак, для начала нужно отве­тить на сле­ду­ю­щие вопросы:

  • Кто отсут­ствует в семье?
  • Как долго?
  • В каком воз­расте был ребё­нок, когда семья распалась?
  • Кем был заме­нен отсут­ству­ю­щий родитель?
  • Каким был отсут­ству­ю­щий родитель?
  • Каким явля­ется при­сут­ству­ю­щий родитель?
  • Каков сам ребёнок?

Без­условно, в деле вос­пи­та­ния мело­чей нет. А в непол­ной семье – тем более. Имеют зна­че­ние и соци­аль­ный фон, и мате­ри­аль­ный ста­тус, и куль­тур­ная среда, и нали­чие бабушки с дедушкой…

Отдельно стоит при­чина воз­ник­но­ве­ния непол­ной семьи. Отец умер от несчаст­ного слу­чая или совер­шил само­убий­ство? Сел в тюрьму или уехал за границу?

Раз­вод про­изо­шел по вза­им­ному согла­сию или папа про­сто бро­сил семью? Раз­ные ситу­а­ции нано­сят душе ребёнка травмы раз­ной сте­пени тяже­сти — и эту сте­пень обя­за­тельно нужно учитывать.

Конечно, хорошо, когда ребё­нок вос­пи­ты­ва­ется в пол­ной семье, где все друг друга любят, ува­жают, друг другу дове­ряют. Но сама по себе пол­ная семья не явля­ется гаран­тией сча­стья и успеш­ного вос­пи­та­ния. Она лишь создает более выгод­ные пред­по­сылки. И забы­вать об этом не стоит.

Особенности воспитания в неполной семье

Рас­пад семьи нано­сит ребёнку травму. Это неиз­бежно, как бы ни ста­ра­лись роди­тели смяг­чить удар. А ино­гда они и не пыта­ются его смяг­чить: в своих душев­ных мета­ниях мама и папа забы­вают о ребёнке, и вот он уже поки­нут не одним, а обо­ими роди­те­лями… И как раз в тот момент, когда он осо­бенно остро нуж­да­ется в их любви и поддержке.

Часто после раз­рыва мамы пыта­ются взять на себя геро­и­че­скую мис­сию: стать для сво­его ребёнка и мате­рью, и отцом. Ска­жем сразу: мис­сия невыполнима.

В пол­ной семье мама и папа зани­мают каж­дый свою нишу, и на стыке их вос­пи­та­тель­ных пози­ций, как пра­вило, и нахо­дится та золо­тая сере­дина, кото­рая помо­гает пра­вильно вос­пи­ты­вать ребёнка.

Оди­но­кая мама бро­са­ется в край­но­сти. Она хочет заме­нить сыну отца – и ста­но­вится стро­гой, тре­бо­ва­тель­ной, жест­кой. В резуль­тате маль­чик лиша­ется не только отца, но и матери – ее любви, теп­лоты, ласки.

А ведь в ран­нем воз­расте именно эти мате­рин­ские каче­ства ста­но­вятся для ребёнка зало­гом уве­рен­но­сти в себе, дове­рия к окру­жа­ю­щим, общего поло­жи­тель­ного самоощущения.

Чеш­ский пси­хо­лог З. Матей­чек счи­тает, что вос­пи­та­ние в непол­ной семье – это такое же обыч­ное, нор­маль­ное вос­пи­та­ние, только оно осу­ществ­ля­ется в более труд­ных условиях.

Важ­ное зна­че­ние имеет лич­ность того чело­века, кото­рый остался с ребён­ком один на один. Каче­ства самого вос­пи­та­теля сыг­рают в фор­ми­ро­ва­нии ребёнка гораздо боль­шую роль, чем факт непол­ной семьи.

Ребё­нок спо­со­бен отли­чить мать от отца, поэтому не при­ки­ды­вай­тесь тем, кем вы не явля­е­тесь. Основ­ным ору­жием в борьбе за вос­пи­та­ние должно стать осо­зна­ние своей ответственности.

Ребёнку необ­хо­димо чув­ство­вать, что он может поло­житься на каж­дое слово и дей­ствие взрос­лого неза­ви­симо от того, что это будет: обе­ща­ние, угроза или откро­вен­ный раз­го­вор. Авто­ри­тет и ува­же­ние нельзя про­бу­дить упре­ками или при­зы­вами к сочувствию.

Авто­ри­тет дол­жен расти посте­пенно, как резуль­тат куль­тур­ного обще­ния с людьми, серьез­ного, рас­су­ди­тель­ного, понят­ного для ребёнка под­хода к реше­нию про­блем и вопро­сов, но, прежде всего, прав­ди­во­сти и искрен­но­сти воспитателя.

Кроме того, не стоит забы­вать, что ребё­нок не пас­сив­ный участ­ник вос­пи­та­тель­ного про­цесса. Он тоже фор­ми­рует свою лич­ность своим тем­пе­ра­мен­том. А жизнь в непол­ной семье есть такое же сотруд­ни­че­ство, как и жизнь в семье по любым кри­те­риям полной.

О трудностях отцов-одиночек

У отца-оди­ночки поло­же­ние еще менее выгод­ное, чем у оди­но­кой мамы. Мать свя­зана с ребён­ком физи­че­ски; отец этой связи лишен. Он не мучился ток­си­ко­зом во время бере­мен­но­сти, не кри­чал в родо­вых схват­ках, не кор­мил ребёнка грудью…

А ведь именно эти ста­дии создают тот интим­ный кон­такт матери и ребёнка, кото­рый невоз­можно ничем заменить.

И все же нет осно­ва­ний дис­ква­ли­фи­ци­ро­вать отцов-оди­но­чек, хотя их путь к сво­ему ребёнку будет более дол­гим и более сложным.

Повторный брак

К повтор­ному браку нельзя отно­ситься одно­значно хорошо или одно­значно плохо. Все зави­сит от того, чем он обер­нется для матери и ребёнка.

Хорошо, если новый брак повы­сит внут­рен­нюю жиз­нен­ную уве­рен­ность матери, а тем самым и ребёнка. Но если есть веро­ят­ность ослаб­ле­ния такой уве­рен­но­сти, воз­ник­но­ве­ния кон­флик­тов, напря­жен­ных отно­ше­ний, то новый брак нежелателен.

Потребности ребёнка для здорового развития

У ребёнка есть 4 круга потреб­но­стей. Он дол­жен пройти все эти круги, чтобы на выходе полу­чить здо­ро­вое раз­ви­тие и хоро­шие отно­ше­ния со сверст­ни­ками. В пол­ной семье этот резуль­тат дости­га­ется, как пра­вило, есте­ствен­ным путем. В непол­ной семье необ­хо­димо при­ло­жить ряд усилий.

Пер­вый круг: вза­им­ное обще­ние между ребён­ком и родителем

Мать может легко удо­вле­тво­рить эту потреб­ность. Но жен­щины часто бро­са­ются в край­но­сти. Либо она слиш­ком пере­гру­жена рабо­той и лич­ными про­бле­мами, и малыш ока­зы­ва­ется забро­шен­ным. Либо она пуга­ется того, что мало забо­тится о ребёнке, и начи­нает душить его своей любовью.

Но избы­ток заботы так же вре­ден, как и недо­ста­ток: он может при­ве­сти к рав­но­ду­шию или актив­ному сопротивлению.

Вто­рой круг: потреб­ность соци­аль­ного учения

И на этом круге нельзя ска­зать, что оди­но­кая мать в невы­год­ном поло­же­нии. Она учит малыша с пер­вых дней его жизни так же есте­ственно, как и любая дру­гая мать. И у нее даже есть пре­иму­ще­ство: никто не спо­рит с ней о взгля­дах на воспитание.

Но это пре­иму­ще­ство имеет и обрат­ную сто­рону. Истина, как известно, рож­да­ется в споре. А если никто не спо­рит, зна­чит, ошибки оста­нутся неисправленными.

Лег­кое при­ви­тие раз­лич­ных навы­ков ребёнку еще не гово­рит о том, что они сфор­ми­ро­ваны хорошо и полезно. Ребё­нок дол­жен уметь целе­устрем­ленно направ­лять свои жела­ния, инте­ре­со­ваться всем, что про­ис­хо­дит вокруг него, дол­жен уметь ори­ен­ти­ро­ваться в новых, непри­выч­ных для него условиях.

Тре­тий круг: эмо­ци­о­наль­ные потребности

И здесь мать-оди­ночка не столк­нется с непре­одо­ли­мыми про­бле­мами. Как пра­вило, дети в непол­ных семьях очень хорошо эмо­ци­о­нально раз­ви­ва­ются, если матери готовы наход­чиво отве­чать на их вопросы, ком­мен­ти­ро­вать их поступки, про­яв­лять инте­рес к их «откры­тиям».

Для этого нет необ­хо­ди­мо­сти долго и много зани­маться с ребён­ком, надо только созда­вать ему усло­вия, при кото­рых он сам бы «откры­вал мир». Ребёнка надо под­дер­жи­вать сове­том, ока­зы­вать ему помощь в любой момент, когда он в этом нуждается.

Чет­вер­тый круг: вклю­че­ние ребёнка в обще­ствен­ную жизнь

Да, здесь дети из непол­ных семей ока­зы­ва­ются в менее выгод­ном поло­же­нии. Ребёнку зна­кома прак­ти­че­ски одна соци­аль­ная роль — его матери. В связи с этим пси­хо­логи З. Матей­чек, В. Сатир, А.И. Заха­ров опре­де­ляют самый ост­рый вопрос непол­ной семьи: как сфор­ми­ро­вать для ребёнка здо­ро­вую поло­вую идентификацию?

Модели для такой иден­ти­фи­ка­ции он вынуж­ден искать вне семьи, и слож­ность в том, есть ли она побли­зо­сти, а если есть, то какого качества?

Для выпол­не­ния этой задачи в обще­стве суще­ствуют поло­вые роли. Это соци­аль­ные нормы, кото­рые опре­де­ляют, чем должны и не должны зани­маться пред­ста­ви­тели каж­дого пола.

Это фор­ми­ро­ва­ние должно начи­наться с дошколь­ного воз­раста. Иначе неиз­бежны откло­не­ния в раз­ви­тии, кото­рые позже поме­шают нор­мально выпол­нять семей­ную и обще­ствен­ную функ­ции. Такие про­блемы все­гда при­во­дят к сни­же­нию само­оценки и общему пси­хо­ло­ги­че­скому дискомфорту.

Подводим итоги

Если оди­но­кий роди­тель при­мет к све­де­нию все эти фак­торы, он имеет реаль­ную воз­мож­ность вырас­тить чело­века, пре­красно при­спо­соб­лен­ного к жизни в обществе.

Для малень­кого ребёнка обще­ство – это семья. Именно в ней изме­ня­ется «я» ребёнка. И не имеет боль­шого зна­че­ния число окру­жа­ю­щих людей. Гораздо важ­нее каче­ство отношений.

Ребё­нок может жить с одной мате­рью и хорошо пони­мать, что они с боль­шим ува­же­нием отно­сятся друг к другу. Ребё­нок ясно осо­знает, что в меч­тах матери он силь­ный и хоро­ший чело­век, что она с ним счи­та­ется, мно­гого от него ждет. Такое поло­же­ние не все­гда бывает и в пол­ных семьях.

Есть немало поло­жи­тель­ных при­ме­ров вос­пи­та­ния детей в непол­ных семьях несмотря на опре­де­лен­ные труд­но­сти, кото­рые испы­ты­вают родители.

Глав­ное, что нужно пом­нить: несчаст­ный роди­тель не смо­жет вырас­тить счаст­ли­вого ребёнка. Не смо­жет сфор­ми­ро­вать у него пози­тив­ные чув­ства и радост­ные эмо­ции. Поэтому будьте счаст­ливы. Хотя бы тем, что у вас рас­тет ребёнок.

Источник https://studopedia.ru/6_82318_tipi-otnosheniy-materi-k-detyam-v-nepolnoy-ceme.html

Источник https://studbooks.net/1627112/psihologiya/otnosheniya_materi_detmi_nepolnoy_seme

Источник https://azbyka.ru/deti/rebjonok-v-nepolnoj-seme-kakaja-strategija-vospitanija-pravilnaja