Ваш психолог. Работа психолога в школе.

26 сентября, 2022 0 Автор ewermind

 

ОТЦОВСТВО И МАТЕРИНСТВО КАК БАЗОВЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ФЕНОМЕНА РОДИТЕЛЬСТВА Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

В статье раскрываются понятия родительства , отцовства , материнства ; подходы к их определению; основные направления исследования.

Похожие темы научных работ по социологическим наукам , автор научной работы — Осина О.В.

Текст научной работы на тему «ОТЦОВСТВО И МАТЕРИНСТВО КАК БАЗОВЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ФЕНОМЕНА РОДИТЕЛЬСТВА»

4. Копитин А.И. Тренинг по фототерапии. СПБ.: Речь, 2003, с. 12 — 13;

5. Литвин А.В. Из опыта экспериментальной работы по психодиагностике личности (метод психологического анализа фотографий) // Развитие региона и социальное творчество молодежи. Краснодар: ИЭиУ МИСС, 2010;

6. Лоуэн А. Психология тела: биоэнергетический анализ тела. М. -: ИОИ, 2000;

7. Пиз А., Пиз Б. Новый язык телодвижений. М. -: Эксмо, 2006;

8. Рощин С.К. невербальные способы общения// Социальная психология / отв. Ред. А.Л. Журавлев. — М.: ПЕР СЭ, 2002;

9. Bull P. Nonverbal communication. The Psychologist, 2001, № 12, p. 644-647;

10. Ickes, W., Layden, M. A., & Barnes, R. D. Objective self-awareness and individuation: An empirical link. Journal of Personality. 1978, № 46, p. 146-161.

ГРИГОРЬЕВА Елена Петровна — старший преподаватель кафедры педагогики профессионального образования, Магнитогорский государственный технический университет имени Г.И. Носова.

ОДИНАЕВА Елизавета Сергеевна — студент, Магнитогорский государственный технический университет имени Г.И. Носова.

Вестник магистратуры. 2015. № 3(42).

ОТЦОВСТВО И МАТЕРИНСТВО КАК БАЗОВЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ФЕНОМЕНА РОДИТЕЛЬСТВА

В статье раскрываются понятия родительства, отцовства, материнства; подходы к их определению; основные направления исследования.

Ключевые слова: родительство, отцовство, материнство.

Понятие «родительство» носит междисциплинарный характер и является предметом исследования целого ряда наук: философии, социологии, психологии, педагогики, медицины, права, демографии, культурологии, этики, религиоведения и др. Это, безусловно, подчеркивает значимость данного феномена в жизни, как каждого отдельного человека, так и всего человечества.

Несмотря на многовековой интерес к проблеме родительства, само понятие «родительство» до сих пор не имеет однозначного осмысления в психологической литературе. В работах Ф. Ариеса [1], М. Мид [4] родительство представлено как исторически обусловленный социокультурный феномен; И. Кон [3] рассматривает родительство как социальный институт, который психологически следует характеризовать в одной парадигме с понятием детство. По Е.Г. Смирновой, родительство — интегральное психологическое образование личности отца и матери; оно представляет собой систему взаимодействия ценностных ориентаций, родительских установок, чувств, отношений, позиций и родительской ответственности, способствующих формированию гармоничного стиля семейного воспитания. В современных исследованиях можно встретить толкование родительства как социально-психологического феномена, представляющего собой эмоционально окрашенную совокупность знаний о себе как родителе [6].

Не смотря на многообразие подходов к определению понятия «родительство» исследователи (М.О. Ермихина, И.С. Кон, Р.В. Овчарова, В.А. Рамих), сходятся во мнении, что оно представляет собой сложное образование, включающее отцовство и материнство, но не сводится к их простой совокупности. Родительство находится на более высоком надличностном уровне определения, тогда как отцовство и материнство, в первую очередь, являются качественными характеристиками отдельной человеческой личности. Как отмечает Р.В. Овчарова, «родительство — многогранный феномен, который можно рассматривать на двух уровнях: как сложное комплексное субъективно-личностное образование и как надындивидуальное целое, которое, как правило, является совокупным, то есть включает двух человек — отца и мать» [6].

Таким образом, отцовство и материнство могут изучаться отдельно друг от друга как понятия, относящиеся к личной сфере конкретного человека, или как целостные социально-психологические явления, или же, как базовые составляющие феномена родительства.

Материнство изучается в русле различных наук: истории, культурологи, медицины, физиологии, биологии поведения, социологии, психологии. Каждая наука изучает и определяет материнство, исходя из своих целей и задач. Интерес к комплексному изучению материнства появился сравнительно недавно. В связи с этим на сегодняшний день единого определения понятия материнства нет. Например, в словаре русского языка С.И. Ожегова материнство трактуется как «состояние женщины в период беременности, родов, кормления ребёнка; свойственное матери сознание родственной её связи с детьми». А в сексологическом словаре материнство определяется как функция женского организма, направленная на продолжение человеческого рода и включающая биологические (вынашивание, рождение и вскармливание ребёнка) и социальные (воспитание ребёнка) аспекты. Филиппова Г.Г. рассматривает материнство как психосоциальный феномен: как обеспечение условий для развития ребёнка, как часть личностной сферы женщины [9].

Исследователи, придерживающиеся мнения, согласно которому материнство — это одна из социальных женских ролей, рассматривают это понятие в его взаимосвязи с общественными нормами, ценностями, пишут о материнском отношении и его норме. Авторы утверждают, что даже если потребность быть матерью и заложена в женской природе, общественные нормы и ценности оказывают определяющее влияние на проявления материнского отношения. При этом подчеркивается, что понятие «нормы материнского отношения» не является постоянным, так как содержание материнских установок меняется от эпохи к эпохе. Той или иной социальной установке соответствует определенный образ ребенка.

Наряду с изучением влияния общественных норм и ценностей на проявления материнского отношения особый интерес представляют исследования и субъективной интерпретации будущей или настоящей матери своей актуальной жизненной ситуации. Актуальная жизненная ситуация раскрывается через представления человека о собственном прошлом, о будущем, через отношение и качественные характеристики настоящего; особенности психологических защит и техник совладания; представления о себе, образ «Я» в актуальной жизненной ситуации [5]. Необходимость изучения субъективной интерпретации актуальной жизненной ситуации обоснована Т.А. Болдыревой, которая помимо прочего подчеркивает его сугубо прикладной характер, обеспечивающий возможность выделять мишени психологического воздействия и в случае необходимости оказывать на них влияние [2].

Большая же часть теорий материнства (психоанализ, биосоциология, теории, опирающиеся на идеи Руссо) рассматривают его, прежде всего как долг, работу.

Таким образом, нет единого, однозначного понятия материнства. Однако, важность материнского поведения для развития ребенка, его сложная структура и путь развития, множественность культурных и индивидуальных вариантов, а также огромное количество современных исследований в этой области позволяют говорить о материнстве как самостоятельной реальности, требующей разработки целостного научного подхода для его исследования.

На фоне относительной изученности категории материнства в литературе отцу и отцовству отводится второстепенная роль, идущая после матери. Довольно часто утверждается то, что лучшее, что может сделать мужчина для своего будущего, либо рожденного ребенка — это, прежде всего, очень любить свою жену. Так, К. Витакер, отводит отцу роль лишь стороннего наблюдателя, как во время беременности жены, так и во время ухода за младенцем. Эта его «невключенность» у мужчины вызывает ощущение одиночества, а также причиняет ему боль.

В современных научных исследованиях проблема отцовства рассматривается в нескольких контекстах, различение которых достаточно условно. Отцовство — как совокупность социальных и индивидуальных характеристик личности, включающих все уровни жизнедеятельности человека; отцовство связано и с объективными характеристиками личности, такими как: потребности, влечения, желания, установки, и с субъективными характеристиками личности — ценностными ориентациями, мировоззрением, а также с образом Я (реальным, идеальным, социальным), Я-концепцией личности и самооценкой.

Отцовство в связи с проблемой личностного развития мужчины, через актуализацию проблемы принятия своих чувств и их самоконтроля.

Отцовство в связи с проблемой социализации мужчины: осознание себя отцом приводит к осознанию необходимости жить «правильно», то есть выполнять определенные социальные нормы, предписываемые взрослому человеку.

Таким образом, отцовство — интегральная совокупность социальных и индивидуальных характеристик личности, которая включает в себя все уровни жизнедеятельности человека, важной характеристикой которой являются ее комплексность и социальная детерминированность.

В литературе Борисенко Ю.В. описал структуру отцовства, включающая следующие компоненты:

1) Потребностно-эмоциональный компонент, который включает биологические, социальные аспекты мотивации, а также потребность в контакте, эмоциональные реакции и переживания; операциональный компонент, который включает осведомленность и умения, а также операции по уходу за ребенком и общение с ним.

2) Ценностно-смысловой компонент, который включает отношение отца к своему ребенку, включая также экзистенциальные переживания.

3) Интегральный сквозной компонент — оценочный, включающий в себя: 1) самооценку как часть Я-концепции, принятие или непринятие роли отца, а также рациональная и эмоциональная оценка себя как отца и своего ребенка; 2) социальную оценку окружающих, которая базируется на принятых в конкретном обществе социальных стереотипах и предписаниях по выполнению роли, а также требованиях, соблюдение которых необходимо для соответствия статусу. Социальная оценка становится базой для формирования собственной оценки, поскольку через социальные стереотипы формирует образы Я-идеального. Если говорить об оценочном компоненте, то он — интегральный, поскольку пронизывает и влияет на все остальные компоненты структуры.

Таким образом, Борисенко Ю.В. отмечает, что принятие роли отца играет важнейшую роль в выполнении отцовских функций, однако, несмотря на то, что осознание себя отцом происходит преимущественно после рождения ребенка, различные аспекты принятия ребенка и себя как отца начинают складываться еще задолго до появления ребенка.

В чем разница между материнским и отцовским поведением?

С точки зрения Э. Фромма, [8] отцовская любовь по сравнению с материнской — любовь «требовательная», условная, которую ребенок должен заслужить. Отцовская любовь не является врожденной, а

Ваш психолог. Работа психолога в школе.

На главную Лекции и практикум по психологии Психология семейных отношений Психология материнства и отцовства

Психология материнства и отцовства
Лекции и практикум по психологии — Психология семейных отношений

План:
1. Материнство как психологический феномен.
2. Психология отцовства.
3. Родительская любовь как основа воспитания. Типы родительской любви.
4. Этапы развития материнской любви.
5. Этапы развития отцовской любви.

Материнство как психологический феномен

Материнство — сложный феномен, имеющий физиологические механизмы, эволюционную историю, культурные и индивидуальные особенности. В каждой культуре есть целый институт материнства, который в качестве составной части включает в себя способы воспитания женщины как матери. Эти способы рассчитаны на то, что часть содержаний своих функций мать будет осознавать, а часть — нет. Соответственно, в общественном сознании также не все функции матери полностью осознаются, часть из них представлена в форме поверий, примет, суеверий и т.п. Все это вместе может быть охарактеризовано как конкретно-культурный «путь к модели» материнства, которое само по себе есть инструмент, созданный природой и обществом для «производства» ребенка как представителя своего вида и своей культуры. В обществе постоянно происходят изменения модели материнства и детства, соответствующие изменению в самих общественных отношениях. Изменяется и отношение женщины к своей роли матери. В современных условиях эти изменения настолько стремительны, что имеющийся «путь к модели» материнства, складывающийся в общественной практике в течение десятков тысяч лет и включающий в себя способы формирования у матери материнских функций, не успевает измениться соответствующим образом.
В наши дни материнство занимает незначительное место в иерархии ценностей женщины. Заметное возрастание стремления к высокому профессиональному статусу и карьере, повышенная тяга к благосостоянию и высокому уровню потребления препятствуют родительству. Налицо новая модель личности, не обеспеченная соответствующей моделью материнства. Усугубляет положение разрыв межпоколенных связей, утрата традиционных способов передачи опыта и оформления материнско-детского взаимодействия. Женщина на пороге материнства оказывается неосведомленной об элементарных особенностях развития ребенка и своих функциях в уходе за ним и общении. Кроме того, уменьшение количества детей в семье ведет к тому, что часто первый младенец, с которым встречается мать, — это ее собственный ребенок.
Интерес к материнству в психологии возник первоначально в русле двух направлений: при изучении роли матери в образовании ранних личностных структур (психоанализ и другие направления психологии личности: З. Фрейд, К. Хорни, Э. Эриксон, Дж. Боулби и др.) и в практических исследованиях, связанных с нарушением психического развития ребенка (задержки и нарушения психического развития, детская психиатрия, социальная дезадаптация, психологические проблемы детей и подростков: А. Фрейд, М. Кляйн, Д. Винникотт, М. Маллер и др.). В отечественной психологии в рамках второго направления изучалось материнское отношение, материнская (родительская) позиция, детско-родительское взаимодействие (В.И. Гарбузов,
Э.Г. Эйдемиллер, А.С. Спиваковская, А.Я. Варга, А.Д. Кошелева, В.И. Перегуда, И.Ю. Ильина и др.).
Во всех этих случаях выделяются отдельные стороны материнства или отдельные его функции. Самостоятельным направлением можно считать перинатальную психологию, занимающуюся проблемами беременности, родов, послеродового периода в психологическом и физиологическом аспектах.
Другой аспект материнства представлен в русле изучения материнско-детского взаимодействия в детской психологии, как отечественной, так и зарубежной. Роль взрослого в развитии ребенка как представителя человеческого рода, принятая в качестве основополагающей в культурно-историческом подходе, в отечественной психологии легла в основу выделения взаимодействия ребенка со взрослым в качестве самостоятельного объекта исследования (М.М. Лисина, Е.О. Смирнова, Н.Н. Авдеева, С.Ю. Мещерякова, О.В. Баженова, Л.Л. Баз, Г.В. Скобло, А.Д. Кошелева, В.И. Перегуда, Г.И. Свердлова, И.Ю. Ильина и др.). Поведение матери рассматривается как источник развития ребенка как субъекта познавательной активности, общения, самосознания. В зарубежных исследованиях мать и ребенок рассматриваются как составляющие единой диадической системы, только в рамках этой системы приобретающие статус «матери» и «ребенка» и взаимно развивающиеся как элементы этой системы. Мать рассматривается как «среда» для ребенка, а ребенок, в свою очередь будучи «объектом» для матери, — как ее проявление в качестве этой «среды» (и наоборот). Таким образом, в качестве объекта исследования здесь тоже выступает взаимодействие матери с ребенком.
Если обобщать все основные направления исследований, то можно обнаружить, что материнство как психосоциальный феномен рассматривается с двух основных позиций: материнство как обеспечение условий для развития ребенка и материнство как часть личностной сферы женщины.

Психология отцовства

Существует психологическая связь между сформированностью отцовского чувства и уровнем зрелости личности родителя. Вот почему гораздо чаще отцовство в полной мере переживается отцами поздних детей. Основная психологическая трудность «незрелых» отцов, что, впрочем, свойственно и молодым матерям, заключается в неумении извлекать удовольствие, радость от общения с ребенком. Зрелость отцовских чувств выражается в любящем, принимающем стиле воспитания, ориентированном на ребенка. У таких отцов развитая эмпатия, им свойственно опекать, заботиться о ребенке, а отцовство со всей силой захватывает их именно в первые годы жизни ребенка. Характеризуя отцовскую любовь зрелых отцов, можно сказать, что они испытывают потребность в том, чтобы учить, передавать себя, сделать ребенка в высшем культурном смысле своим наследником, то есть, передать в будущее все лучшее, чем владеешь сам. Эти отцы более эффективны во взаимодействии с детьми раннего и дошкольного возраста. В соприкосновении с ребенком созревают истинно мужские черты — потребность и способность защищать, принимать на себя ответственность, крепнут внутренняя энергия и сила.
Что происходит, когда отцовские чувства, или роль отца в семье недостаточно выражены, как это сказывается на развитии ребенка?
Психологами хорошо изучены ситуации патернальной депривации, где отец хотя и присутствует физически, но в воспитании ребенка не участвует, либо действует искаженно. В таких семьях обычно наблюдается инверсия ролей, строгий авторитет здесь чаще представляет мать. В результате доминирования матери и отчуждении отца нарушается положительная идентификация ребенка с родительскими моделями. Возникает опасность трансляции искаженной модели отцовства в последующие поколения.
При нормальных условиях отец значительно влияет на половую идентификацию ребенка. Для сына уже в раннем возрасте он является своеобразным примером, моделью для подражания, следовательно, влияет на формирование половой идентичности. Как замечает И.С. Кон, пассивные, отстраненные отцы мало влияют на формирование собственно мужских черт у своих сыновей. Недостаточный опыт общения с отцом и отсутствие приемлемой модели идентификации ослабляет формирование отцовских чувств у мальчика и юноши, часто неблагоприятно сказывается в будущем на воспитании своих собственных детей.
Психиатр Р. Кэмпбелл отмечает, что влияние отца на половую идентификацию девочки наиболее значительно проявляется в период юности. Половая идентичность девочки есть одобрение себя самой как достойной представительницы женского пола. Именно в этом возрасте 13-15 лет она должна получить признание своей значимости как будущей женщины в основном от отца. Отец способствует формированию у дочери позитивной самооценки, выражая одобрение ее действиям, способностям, внешности. Для девочек, воспитывающихся без отцов, при отсутствии реальной модели отношений между мужчиной и женщиной, может сформироваться нереалистичное отношение к лицам мужского пола.
В сфере эмоционального развития выявлена связь между отсутствием или слабостью отцовского начала и агрессивным поведением мальчиков. Чрезмерная враждебность по отношению к окружающим возникает у них как бунт против излишней зависимости от матери, ее феминизирующего влияния на протяжении первых лет жизни. Агрессивность, таким образом, есть выражение поиска своего мужского «Я».
Мальчики, чрезмерно привязанные к матери, могут испытывать затруднения при общении со сверстниками.
Известный отечественный психолог А.И. Захаров характеризуя отцов, чьи дети болеют неврозами, как более робких, застенчивых, молчаливых, замкнутых, сдержанных в общении, чувствительных к угрозе, осторожных, негибких в суждениях, консервативных, ориентированных больше на собственное мнение, чем на мнение окружающих.
У импульсивных, порывистых отцов, склонных к неожиданным действиям, сыновья часто страдают неврозами в форме энуреза, тика, заикания. Мнительность, выражающаяся постоянными сомнениями в правильности своих действий или педантизм отца, также являются факторами невротизации ребенка.
По мнению А.И. Захарова излишняя строгость отца может спровоцировать у сына появление страхов. Такой же эффект наблюдается у дочери, в случае отсутствия четких требований и вседозволенности со стороны отца.

Родительская любовь как основа воспитания. Типы родительской любви

На протяжении всего периода взросления родители являются для ребенка чрезвычайно значимыми людьми, причем выступают для него в разных ипостасях.
Это, во-первых, источник эмоционального тепла и поддержки, без которых ребенок чувствует себя беззащитным и беспомощным.
Во-вторых, родители — директивная инстанция, распорядители жизненных благ, наказаний, поощрений.
В-третьих, родители — образец, пример для подражания, воплощение лучших личностных качеств, модель взаимоотношений с другими людьми.
В-четвертых, родители — источник знаний, жизненного опыта, друзья и советчики в решении сложных жизненных проблем. По мере взросления ребенка соотношения этих функций и их психологическая значимость изменяются.
Потребность человека в родительской любви — одна из наиболее сильных и длительных. В ней нуждается ребенок любого возраста, она обеспечивает ему чувство безопасности, поддерживает благоприятное состояние эмоционального мира, учит любви, нравственному поведению и в целом выступает как источник жизненного опыта, необходимого растущему ребенку как потенциальному родителю. А. Лоуэн отмечает, что недостаток любви в ранние годы жизни влечет за собой эмоциональное недоразвитие человека. Для личности, сформировавшейся под воздействием депривации родительской любви, характерно чувство внутренней пустоты. Особая потребность в том, чтобы о нем заботились, делает человека зависимым, вызывает у него стремление к контакту и близости. Такие люди личностно незрелы. Их отношения с другими обусловлены отсутствием внутренних ресурсов (Винникотт Д.В.).
А.С. Спиваковская на основе отношений, составляющих родительскую любовь (симпатия-антипатия, уважение-пренебрежение, близость-дальность), описывает восемь типов родительской любви.
1. Действенная любовь (симпатия, уважение, близость). Для родителя характерно теплое, эмоциональное отношение к ребенку, принятие его личности и поведения, а также активное внимание к интересам ребенка, уважение его прав и признание своих обязанностей, оказание помощи при разумной требовательности. Формула воспитания: «Хочу, чтобы мой ребенок был счастлив, и буду помогать ему в этом».
2. Отстраненная любовь (симпатия, уважение, но большая дистанция с ребенком). Для родителя характерно высокая оценка ребенка, его внешнего облика, его успехов, способностей. Мягкое общение с ребенком сочетается с недостаточным вниманием к его повседневным нуждам, с поверхностным знанием душевного мира. Внешнее любование ребенком сочетается с неумением помочь ему в его проблемах. Формула воспитания: «Смотрите, какой у меня прекрасный ребенок, жаль, что у меня не так много времени для общения с ним».
3. Действенная жалость (симпатия, близость, но отсутствие уважения). Родителю свойственно признание действительных, а иногда и мнимых отклонений в умственном или физическом развитии ребенка. В результате он приходит к идее об его исключительности: «Мой ребенок не такой, как все, он не так хорош, как другие дети». Родитель предоставляет ребенку особые привилегии, излишне его опекает, тратит массу времени и усилий на предохранение от вредных влияний. Родитель внимателен к ребенку, его интересы сосредоточены на нем, но он не доверяет своему ребенку, не верит в его способности и возможности. Формула воспитания: «Хотя мой ребенок недостаточно умен и физически развит, но все равно это мой ребенок, и я его люблю».
4. Снисходительное отстранение (симпатия, неуважение, большая межличностная дистанция). Для родителя характерно не вполне осознанное оправдание неблагоприятных черт поведения и личностных свойств ребенка, его беспомощности ссылкой на его болезненность, плохую наследственность и другие причины. Неблагополучие ребенка негласно признается его правом. Родитель не вмешивается в дела ребенка, недостаточно ориентируется в его душевном мире. Формула воспитания: «Нельзя винить моего ребенка в том, что он недостаточно умен и физически развит».
5. Отвержение (антипатия, неуважение, большая межличностная дистанция). Для такого родителя свойственны попытки уменьшить общение с ребенком. Он старается не замечать его присутствия, становится холодно неприступным при его приближении, совершенно отстраняется тогда, когда ребенок нуждается в поддержке и помощи. Формула воспитания: «Этот ребенок вызывает у меня неприятные чувства и нежелание иметь с ним дело».
6. Презрение (антипатия, неуважение, малая межличностная дистанция). Здесь характерно игнорирование всего положительного, что есть в ребенке, его достижений. Родитель переживает свою связь с таким, как ему кажется, неудачным ребенком. Их общение наполнено понуканиями, назиданиями, одергиванием, требовательностью. Такой родитель постоянно обращается к различным специалистам с просьбой «исправить» его ребенка. Формула воспитания: «Я страдаю, мучаюсь от того, что мой ребенок так неразвит, неумен, упрям, труслив и неприятен другим людям».
7. Преследование (антипатия, близость). Характерно присутствие твердой убежденности родителя в том, что его ребенок — законченный мерзавец и негодяй. Во всех поведенческих проявлениях ребенка родитель постоянно видит его «злую волю», пытается строгостью и жестким контролем переломить ребенка, склонен к применению излишне строгих мер. Формула воспитания: «Мой ребенок негодяй, и я докажу это!»
8. Отказ (антипатия, уважение, большая межличностная дистанция). Характерно отстранение от проблем ребенка, но родитель издали следит за ним, при этом признает его силу, ценность некоторых личностных качеств ребенка. При обострении отношений родитель охотно прибегает к помощи общественности. Формула воспитания: «Я не хочу иметь с ним дело».
В процессе развития ребенка, под воздействием изменений социальной ситуации изменяется и отношение к нему родителя, приобретая при этом черты того или иного типа родительской любви, или их сочетания.
Родительская любовь — это явление, сущность которого формируется в процессе индивидуального развития родителя, ожидания и воспитания ребенка, основанное на человеческой потребности в любви и привязанности. Она имеет две ипостаси: любовь матери и любовь отца.
Для гармоничного развития личности важно участие в воспитании детей обоих родителей.

Этапы развития материнской любви

Данные медицины, психологии и социологии позволяют предположить, что развитие материнской любви проходит следующие этапы (Р.В. Овчарова).
1. Готовность любить. Данный этап может наступить в достаточно юном возрасте в зависимости от физической и психической зрелости будущей матери. Немаловажное значение имеет окрашенное родительской любовью ее собственное детство.
2. Любовь-ожидание. Возникает с того момента, когда рождение ребенка становится запланированным. Этап включает в себя надежды, связанные с зачатием ребенка, и длится в течение всего срока беременности.
3. Предродовая ригидность. Снижение уровня положительной эмоциональной окрашенности материнского чувства происходит вследствие физического и психического истощения организма роженицы (схватки, нарастающее чувство беспокойства, желание приблизить момент рождения ребенка либо острая потребность его отдалить, связанная со страхом).
4. Лимеренция. Эмоционально-окрашенное послеродовое состояние удовлетворения, связанное с ощущением «разрешения» (рождения ребенка) и впечатлением от первых кормлений.
5. Сформированность родительского чувства. Этап характеризуется выбором матерью специфических форм проявления родительской любви.

Этапы развития отцовской любви

Мужчины менее чувствительны в эмоциональном плане, в общении с детьми более сдержанны, больше ориентированы на выполнение социально-производственных функций. Отцовская любовь возникает не сразу, а по мере взросления ребенка.
Учитывая особенности отцовской любви, можно выделить следующие ее этапы (Р.В. Овчарова).
1. Готовность любить. Для ее формирования огромную роль играют переживания детства. Готовность к подобным чувствам у мужчин возникает гораздо позднее и не определяется физиологическим созреванием.
2. Любовь-ожидание. Включает в себя ожидание, связанное с образом будущего наследника. Продолжается этот этап до того момента, когда отец впервые увидит своего ребенка.
3. Послеродовая ригидность. Возникает как результат отсутствия ощущения тесной взаимосвязи с ребенком. Взаимодействие с младенцем на первых порах ограничивается удовлетворением его физиологических потребностей, которыми, как правило, занимается мать. Так как потребность в детях у отца меньше, то в возне вокруг младенца ему нередко видится нечто неприличное. Отцу нужны достижения ребенка, чтобы появился повод его любить, а до этого отношение к малышу сводится к самовнушению.
4. Заинтересованное наблюдение. Когда с младенцем можно играть и общаться, отцовское чувство становится более эмоциональным. Маленькие достижения ребенка (первая улыбка, хватательный рефлекс) значительно обогащают его положительными переживаниями.
5. Заинтересованное сотрудничество. Оно характеризуется выбором формы проявления отцовской любви. Любовь отца на данном этапе — это зрелое и богатое чувство, связанное с удовлетворением ведущей потребности мужчин — учить, передавать свой опыт.
Если ребенок рождается с каким-либо дефектом, мать часто становится единственным человеком, на которого ребенок может положиться, она останется рядом со своим ребенком при любых обстоятельствах (если испытывает к нему любовь).

План семинарского занятия по теме Психология материнства и отцовства

Вопросы для обсуждения:
1. Материнство как психологический феномен.
2. Психология отцовства.
3. Родительская любовь как основа воспитания. Типы родительской любви.
4. Этапы развития материнской любви.
5. Этапы развития отцовской любви.
Задания для самостоятельной работы (по выбору студента)
1. Написать эссе на тему «Мать (отец) в моей жизни».
2. Подготовить сообщение на тему родительской любви (на основе примеров из художественной литературы).
3. Афоризмы о материнстве и отцовстве.
4. Пословицы, поговорки о материнстве и отцовстве.

Литература:
1. Александрова, Е.А. Как подружиться с собственным ребенком / Е.А. Александрова. — М.: Чистые пруды, 2008. — 32 с.
2. Алешина, Ю.Е. Проблемы усвоения ролей мужчины и женщины / Ю.Е. Алешина, А.С. Воловик // Вопросы психологии. — 1991. — №2 4.
3. Андреева, Т.В. Психология современной семьи: монография / Т.В. Андреева. — СПб.: Речь, 2005. — 435 с.
4. Борисенко, Ю.В. Проблемы влияния патернальной депривации на развитие личности подростка / Ю.В. Борисенко // Семейная психология и семейная терапия. — 2008. — № 2.
5. Борисенко, Ю.В. Психология отцовства / Ю.В. Борисенко. — М.: Обнинск: ИГ-СОЦИН, 2007. — 220 с.
6. Гребенников, И.В. Основы семейной жизни / И.В. Гребенников. — М., 1991. — 158 с.
7. Кочубей, А. Визит в семью, или практика работы с семьями: учеб.-метод. пособие / А.Кочубей, Н. Умарова. — Псков: ПОИПКРО, 2002. — 118 с.
8. Минияров, В.М. Психологическое консультирование по проблемам родительско-детских отношений / В.М. Минияров, В.А. Ель- цова, Е.Ю. Райкова. — Самара: СГПУ, 2005. — 211 с.
9. Овчарова, Р.В. Родительство как психологический феномен: учеб. пособие / Р.В. Овчарова; МПСИ. — М.: МПСИ, 2006. — 486 с.
10. Прохорова, О.Г. Основы психологии семьи и семейного консультирования / О.Г. Прохорова. — М.: Сфера, 2005. — 224 с.
11. Целуйко, В.М. Вы и ваши дети: психология семьи / В.М. Целуйко. — Ростов н/Д: Феникс, 2004. — 448 с.
Источник: Психология семьи для специальности (направление специальности) Психология: учебно-методический комплекс по учебной дисциплине / сост. Н.И. Циркунова. — Витебск : ВГУ имени П.М. Машерова, 2016. — 179 с.

Материнство и отцовство: роли, чувства, отношения

Но поскольку выкармливание и уход за маленькими детьми повсеместно составляет обязанность женщины, составляя самую сущность материнства, не только биологи, но и многие социологи и психологи склонны подчеркивать его биологические детерминанты.

Прежде всего, женщина теснее мужчины вовлечена в репродуктивный процесс. В мужском жизненном цикле нет аналога такому событию, как роды, хотя некоторые культуры создают его искусственно (кувада).

Женщина-мать значительно теснее отца связана со своим ребенком. Их контакт, имеющий первоначально характер симбиоза, начинается уже в утробной фазе развития и закрепляется в дальнейшем. В одном психологическом эксперименте 27 матерей должны были отличить по магнитофонной записи голос своего 3-7-дневного ребенка от голосов четырех других младенцев; 22 матери сделали это безошибочно. В свою очередь, новорожденные (однодневные) младенцы обнаруживают способность отличать и предпочитать голос собственной матери другим женским голосам52.

В привычной нам культурной среде материнство — одна из главных ипостасей женского стереотипа, а социальные характеристики материнской роли очерчены гораздо определеннее, чем отцовской, и ей приписывается большее значение в деле первичной социализации.

О тесной близости и решающей роли матери в выхаживании и воспитании ребенка до пяти-семилетнего возраста единодушно свидетельствуют как этнографические, так и исторические данные. Это зафиксировано у народов Африки, в древнем Китае, средневековой Японии, древнем Египте, Индии, в иудаизме, средневековом исламе и в феодальной Европе. Даже если мать заменяется нянькой или кормилицей, что бывало довольно часто, это не меняет принципиального различия мужских и женских функций. Роль отца всюду выглядит более проблематичной

Характерно, что многие народы различают физическое и условное, социальное родство не только применительно к отцу, но и применительно к матери. Так, у африканцев моси существует несколько разных терминов для обозначения материнства: «мать, которая родила», «мать, которая выкормила» и «мать, которая воспитала».

Демаркация и фактическое содержание отцовских и материнских ролей тесно связаны как с общим половым символизмом (например, космогоническими представлениями), так и с половой стратификацией, включая дифференциацию супружеских ролей, — статусы матери и отца невозможно понять отдельно от статусов жены и мужа.

Написать всеобщую историю материнской любви так же трудно, вернее, невозможно, как и историю половой любви, — эти понятия не просто эволюционируют, а наполняются в разных обществах качественно различным содержанием.

До конца XVIII в. материнская любовь во Франции была, по мнению Бадинтер, делом индивидуального усмотрения и, следовательно, социально случайным явлением. Во второй половине XVIII в. она постепенно становится обязательной нормативной установкой культуры. Общество не только увеличивает объем социальной заботы о детях, но и ставит их в центр семейной жизни, причем главная и даже исключительная ответственность за них возлагается на мать. Отсюда — идеальный образ нежной, любящей матери, находящей свое высшее счастье в детях.

«Новая мать» и вправду начинает больше, а главное, иначе заботиться о детях. В конце XVIII в. начинается кампания за то, чтобы матери сами выкармливали младенцев, не доверяя их ненадежным кормилицам. Требуют (и добиваются) освобождения ребенка «от тирании свивальника». Растут гигиенические заботы о детях (Людовика XIII регулярно пороли с двух лет, а впервые выкупали почти в семилетнем возрасте). Возникает специальный раздел медицины — педиатрия. По мере индивидуализации внутрисемейных отношений каждый ребенок, даже новорожденный, к которому еще не успели привыкнуть, становится принципиально единственным, незаменимым, его смерть переживается и должна восприниматься как невосполнимая горькая утрата. Интенсифицируется материнское общение с детьми, матери больше не хотят отдавать детей в интернаты и т.д.

Тем не менее, длительная кампания в защиту прав матери и ребенка принесла вполне ощутимые социальные и моральные плоды.

Тем не менее, речь идет о серьезных вещах. Во второй половине XX в. явственно обнаружились тенденции, враждебные «детоцентризму». Социально-политическая эмансипация женщин и все более широкое их вовлечение в общественно-производственную деятельность делает их семейные роли, включая материнство, не столь всеобъемлющими и, возможно, менее значимыми для некоторых из них. Современная женщина уже не может и не хочет быть только «верной супругой и добродетельной матерью». Ее самоуважение имеет кроме материнства много других оснований — профессиональные достижения, социальную независимость, самостоятельно достигнутое, а не приобретенное благодаря замужеству общественное положение.

Если материнство, как правило, предполагает не только зачатие и рождение, но и выкармливание, выращивание потомства, то отцовский вклад у многих видов сводится практически к акту оплодотворения.

У человека различие отцовства и материнства и специфический стиль отцовства зависят от множества социокультурных условий и существенно варьируют от культуры к культуре.

К числу элементов, от которых зависит содержание отцовской роли , по мнению М. Уэст и М. Коннера66, относятся:

  • 1) количество жен и детей, которых имеет и за которых ответствен отец;
  • 2) степень его власти над ними;
  • 3) количество времени, которое он проводит в непосредственной близости с женой (женами) и детьми в разном возрасте и качество этих контактов;
  • 4) то, в какой мере он непосредственно ухаживает за детьми;
  • 5) то, в какой мере он ответствен за непосредственное и опосредованное обучение детей навыкам и ценностям;
  • 6) степень его участия в ритуальных событиях, связанных с детьми;
  • 7) сколько он трудится для жизнеобеспечения семьи или общины;
  • 8) сколько ему нужно прилагать усилий для защиты или увеличения ресурсов семьи или общины.

Вспомним еще раз традиционный этикет кавказских горцев. Обычай требовал, чтобы при посторонних, и особенно при старших, отец не брал ребенка на руки, не играл с ним, не говорил с ним и вообще не проявлял к нему каких-либо чувств.

Культ мужчины был всегда культом силы и суровости, а «невостребованные», подавленные чувства сплошь и рядом атрофируются.

Мысль о слабости и неадекватности «современных отцов» — один из самыми распространенных стереотипов общественного сознания второй половины XX в., причем этот стереотип является в известной степени транскультурным, «перекидываясь» с Запада на Восток и игнорируя различия социальных систем.

  • 1) рост безотцовщины, частое отсутствие отца в семье;
  • 2) незначительность и бедность отцовских контактов с детьми по сравнению с материнскими;
  • 3) педагогическую некомпетентность, неумелость отцов;
  • 4) незаинтересованность и неспособность отцов осуществлять воспитательные функции, особенно уход за маленькими детьми.

Остальные утверждения гораздо более проблематичны. Верно, что отцы проводят со своими детьми значительно меньше времени, нежели матери, причем лишь незначительная часть этого времени расходуется непосредственно на уход и общение с детьми. Но мужчины никогда сами не выхаживали детей. Современные отцы в этом отношении не только не уступают прежним поколениям, но даже превосходят их тем, что особенно в нетрадиционных семьях, основанных на принципе равенства полов, берут на себя гораздо больший круг таких обязанностей, которые раньше считались исключительно женскими. Например, обследование 231 канадской семьи показало, что при выравненных социальных факторах, таких, как количество внерабочего времени, отцы проводят с детьми столько же времени, сколько и матери.

Почему же людям кажется, что отцовский вклад в воспитание снижается? Помимо других причин сказывается ломка традиционной системы половой стратификации. Если пренебречь частными межкультурными различиями, в традиционной патриархальной семье отец выступает как а) кормилец, б) персонификация власти и высший дисциплинатор и в) пример для подражания, а нередко и непосредственный наставник во внесемейной, общественно-трудовой деятельности. В современной городской семье эти традиционные ценности отцовства заметно ослабевают под давлением таких факторов, как женское равноправие, вовлечение женщин в профессиональную работу, тесный семейный быт, где для отца не предусмотрено пьедестала, и пространственная разобщенность труда и быта. Сила отцовского влияния в прошлом коренилась прежде всего в том, что он был воплощением власти и инструментальной эффективности.

В патриархальной крестьянской семье отец не ухаживал за детьми, но они, особенно мальчики, проводили много времени, работая с отцом и под его руководством. В городе положение изменилось. Как работает отец, дети не видят, а количество и значимость его внутрисемейных обязанностей значительно меньше, чем у матери.

По мере того как «невидимый родитель», как часто называют отца, становится видимым и более демократичным, он все чаще подвергается критике со стороны жены, а его авторитет, основанный на внесемейных факторах, заметно снижается.

В традиционных описаниях и обыденном сознании отец обычно изображается «строгим» и «грозным», а мать нежной и «любящей».

Но, как и в Европе, японские эмпирические данные выглядят не столь однозначно. С одной стороны, налицо заметное ослабление поляризации мужских и женских, отцовских и материнских ролей и образов.

Оценивая в середине 60-х гг. стиль отношений супружеских пар в городе Кобе, японские социальные психологи разделили их на 4 типа:

  • 1. Сотрудничество мужа и жены — 16%
  • 2. Независимость мужа и жены — 70%
  • 3. Господство мужа — 4%
  • 4. Господство жены — 10%

Восприятие японскими детьми социальных ролей и поведения их отцов и матерей сегодня мало отличается от представлений австралийских, английских, североамериканских и шведских подростков74.

Это подводит нас к самому сложному и спорному вопросу теории родительства — насколько вообще заменяемы и обратимы отцовские и материнские роли и каково соотношение их биологических и социокультурных детерминант?

Поскольку отцовство и материнство коренятся в репродуктивной биологии, их соотношение нельзя понять вне связи с половым диморфизмом.

Наблюдение за поведением родителей по отношению к новорожденным в естественной среде показывают, что, хотя психофизиологические реакции мужчин и женщин на младенцев весьма сходны, их поведенческие реакции различны: женщина тянется к ребенку, стремится приласкать его, тогда как мужчина отстраняется и часто испытывает при тесном контакте с младенцем эмоциональный дискомфорт. Чрезвычайно интересные результаты получены в ходе наблюдений за взаимодействием матерей и отцов с грудными детьми. Мать, даже играя с ребенком, старается, прежде всего, успокоить, унять его; материнская игра — своего рода продолжение и форма ухода за ребенком. Напротив, отец и вообще мужчина предпочитает силовые игры и действия, развивающие собственную активность ребенка.

Небезразличны для понимания специфики материнского и отцовского стиля отношений и такие предположительно врожденные черты, как повышенная эмоциональная чувствительность женщин, их предрасположенность быстрее реагировать на звуки и лица, тогда как мужчины отличаются лучшим пространственным восприятием, хорошим двигательным контролем, остротой зрения и более строгим разделением эмоциональной и когнитивной реактивности.

«Когда эти половые различия рассматриваются в контексте ухода за не говорящим, хрупким младенцем, женщины определенно имеют преимущество в том, что они легче читают выражения лица младенца, более плавно двигаются, легче и нежнее прикасаются к нему и успокаивают его высоким, мягким, ритмическим голосом. Напротив, мужчине созвучнее взаимодействие со старшим ребенком, с которым легче и уместнее силовая возня, физическая координация и обучение манипулированию вещами.

Родительские реакции человека еще более пластичны. Как правило, отцы не осуществляют непосредственного ухода за новорожденными; активный контакт отца с ребенком обычно начинается, когда ребенку исполняется 1,5-2 года, а то и позже. С рождением ребенка мужчина приобретает много неприятностей (дополнительные материальные заботы, бытовые обязанности, вроде стирки пеленок, уменьшение внимания со стороны жены, нарушение сна и т.п.) и практически никаких удовольствий. Однако экспериментально доказано, что психологически подготовленные отцы охотно любуются новорожденными, испытывают физическое удовольствие от прикосновения к ним (правда, это чаще происходит в отсутствие матери, так как мужчины боятся проявить неуклюжесть и стесняются собственной нежности) и практически не уступают женщинам в искусстве ухода за ребенком. Это способствует и возникновению более тесной эмоциональной привязанности отца к ребенку. Предполагается, что чем раньше отец приобщается к уходу за младенцем и чем увлечённее он это делает, тем сильнее становится его родительская любовь. Во многих родильных домах за рубежом отцы даже присутствуют при родах.

Что же касается более старших детей, то привычные стереотипы явно преувеличивают степень мужского «отчуждения» от них.

Что мать может успешно вырастить и воспитать ребенка и без отца — известно давно. Но возможно и обратное.

В Англии, по подсчетам Т. Хипгрейва, отцы составляют 12% всех одиноких родителей. Одиноких отцов и одиноких матерей характеризует ряд общих особенностей: более ограниченная социальная жизнь, несколько более демократический стиль семейной жизни и наличие определенных трудностей при вступлении в новый брак. Наряду с этим у них есть свои специфические социально-психологические трудности. Одинокие отцы получают больше помощи со стороны друзей и родственников, зато у них сильнее, чем у одиноких матерей, суживается круг социального общения. Если одинокие матери испытывают трудности с дисциплинированием детей, то отцы озабочены недостаточной эмоциональной близостью с ними, особенно с дочерями. Но хотя в обоих случаях неполная семья создает трудности (разного порядка), отсутствие одного из родителей не исключает возможности нормального развития ребенка и какой-то компенсации недостающего отцовского или материнского влияния.

Источник https://cyberleninka.ru/article/n/ottsovstvo-i-materinstvo-kak-bazovye-sostavlyayuschie-fenomena-roditelstva

Источник http://www.vashpsixolog.ru/lectures-on-the-psychology/146-psixologiya-semejnyx-otnoshenij/2938-psixologiya-materinstva-i-otczovstva

Источник https://studwood.net/603386/pravo/materinstvo_ottsovstvo_roli_chuvstva_otnosheniya

Читать статью  РЕШЕНИЕ ЖИЛИЩНЫХ ПРОБЛЕМ МОЛОДЫХ СЕМЕЙ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ